авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |

Политико-правовая институционализация местной власти в современной россии

-- [ Страница 4 ] --

В этом плане диссертант приводит аргументы в пользу объективного характера так называемой земской контрреформы, которая явилась вынужденным ответом российского правительства на вызовы кризиса, в ходе которого именно в земской среде возникали и нарастали явления, подрывающие национальную безопасность: оппозиционность земских собраний усиливалась, земский либерализм стал основным течением общественной мысли в земских собраниях. Изменения правового статуса земств были направлены на деполитизацию этих институтов, он акцентирует внимание на решении местных социально-экономических вопросов, поддержании стабильности в российских уездах, губерниях, стремлении повысить жизненный уровень их населения.

Диссертант отмечает, что введение института участковых земских начальников устранило разнобой в местном управлении, ограничило «политизацию» земств и положило начало «эпохе малых дел», в ходе которой и возникла экономическая стабилизация последнего десятилетия XIX в.

Тем не менее на рубеже XIX–ХХ вв. так и не было создано оптимальной политико-правовой инфраструктуры местной власти и адекватного национальным интересам и быстро меняющейся ситуации законодательства в этой сфере, не был найден баланс сочетания государственных и общественных начал в системе местного управления, что в итоге и явилось одним из факторов распада Российской империи.

Пятый параграф «Советская политико-правовая модель местной власти» посвящен институционально-правовой и институционально-организационной основам советской модели местной власти, возникшей в ходе становления советской политико-правовой системы, которую диссертант рассматривает в качестве ответа на вестернизацию, формализацию отечественной правовой системы в XVIII – начале ХХ в., когда западные (рецепированные) институты внедрялись в российскую политико-правовую действительность. Между тем советская модель государственно-правового строительства не является продуктом субъективного усмотрения (вождя, партии и др.), она возникла в результате разрешения противоречия между народной стихией и имперской системой властных отношений, существовавшего на протяжении двух столетий.

Именно в таком теоретико-методологическом контексте соискатель дает оценку институтам местной советской власти. В работе отмечается, что создание системы местных Советов, функционирующих в социалистическом государственно-правовом поле на основе принципов государственной регламентации и централизма, стало ответом на кризис земской модели, которая в последние годы своего существования вынуждено приобрела «административный вектор» (проекты разных земских контрреформ).

В отличие от конституционно закрепленной в российском варианте англосаксонской модели организации публичной власти, предполагающей строгую и четкую многоуровневую конструкцию властных институтов (федеральных, региональных и местных), органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти. Советская модель была основана на признании единства системы советов, отрицании разделения государственного управления и местного самоуправления, которое вообще отсутствовало, т.к. реализация законодательно оформленного принципа демократического централизма не способствовала возникновению и развитию общественно-самоуправленческих начал.



Кроме этого, диссертант обращает внимание еще на ряд важных моментов: политико-правовую природу Советского государства, способ институционального оформления местной власти и специфику ее взаимодействия с центральной властью и субъектами Федерации; способ разрешения противоречий между декларируемым полновластием местных советов в пределах соответствующей территории и подчинением их вышестоящим советам и центральным органам местной власти.

Отдельно в параграфе рассмотрен вопрос о соотношении и взаимодействии советского и партийного руководства на местах. Соискатель проследил эволюцию отношений между различными институтами местной власти и констатировал постепенную «неинституциональную», но функциональную зависимость местной советской власти от местных партийных структур. Это закономерный результат однопартийной системы и трансформации советской модели в партийно-советскую. Местная власть в полной мере отражала общегосударственные тенденции и процессы в силу своей включенности в советский институционально-правовой и политический профиль.

Вторая глава «Институционально-правовое оформление местной власти в условиях переходной российской государственности», включающая три параграфа, посвящена выявлению основных структурных элементов местной власти в государстве переходного типа, отличающемся динамичностью институциональных изменений, трансформационными деформациями в сфере властных отношений, правовой системе, социально-экономической сфере.

В первом параграфе «Специфика местной власти в западной политико-правовой традиции: институциональные ограничения российского заимствования» диссертант рассматривает западную традицию политико-правовой институционализации местной власти, выявляет основные модели ее организации и функционирования.

В начале параграфа диссертант указывает, что выбор какого-либо стратегического направления муниципально-правового строительства в конкретной стране не должен быть случайным. В частности, в постсоветской России в силу многих субъективных факторов политико-правовая институционализация местного самоуправления пошла по пути реализации принципов англосаксонской модели организации местной власти, предполагающей широкую автономию муниципальных институтов, хотя, очевидно, что существовавшая веками система российской публичной власти (самодержавно-имперская модель в разных идеологических и институционально-политических формах) в большей мере сочетаема с романо-германским муниципальным проектом, а также органична некоторым элементам иберийской модели.

Далее соискатель подробно анализирует особенности англосаксонской (англо-американской), романо-германской (европейской континентальной) и иберийской моделей, выявляет различия в конфигурации властных институтов, правовом статусе местной власти (местного самоуправления), порядке взаимодействия государственных и общественных элементов в системе местного управления.

Все политико-правовые модели местной власти укоренены в западной государственно-правовой традиции и имеют общие источники возникновения: развитие городского права, обеспечивающего права населения западноевропейских городов, их различные привилегии, систему представительного правления, относительную стабильность в межсословных отношениях и др.; возникновение первых европейских конституций, направленных на ограничение абсолютных монархий; формирование структур гражданского общества и демократизация политического режима; генезис и становление институтов гильдейского и торгового права и т.д.

Диссертант отмечает, что существующие в западном мире модели местной власти, находящиеся в состоянии постоянного совершенствования, это динамичные институционально-правовые формы. Однако в любом своем варианте местная власть, включающая местное самоуправление в качестве своего базового института, расширяет круг субъектов политической (публичной) власти и одновременно ограничивает последнюю. В этом плане соискатель соглашается с теми современными исследователями (В. Гавел, Р. Драго, В.А. Ачкасов и др.), которые считают, что местное самоуправление в его западноевропейском, а позже североамериканском дискурсе способствует развитию свободы индивида, его правовой и политической активности по отношению к защите своих прав, решению местных дел, а также является стабилизатором политической системы.

Поэтому диссертант согласен с мнением ряда западных историков права (Э. Аннерс, Г. Берман и др.), утверждающих, что именно городское самоуправление является одним из первоисточников права. В параграфе приводятся необходимые обоснования, подтверждающие органичность институтов местного (городского, сельского) самоуправления для западной политико-правовой традиции.

В завершении параграфа диссертант отмечает, что провинциальные политики на местном и региональном уровнях в 90-е годы ХХ в. стали осваивать трудно адаптируемые к российским условиям европейские стандарты и технологии. Была произведена попытка механически соединить провинциальную политико-правовую ментальность, стандарты образа жизни малых и средних российских городов и сел с государственно-правовыми технологиями европейского и американского образца, что привело к институциональному хаосу, утрате собственных ориентиров политико-правового развития.

Во втором параграфе «Политико-правовые коллизии функционирования органов исполнительной (государственной) власти в российских муниципальных образованиях» соискатель анализирует место и роль органов федеральной исполнительной власти (управлений, отделов, отделений) в системе функционирования местной власти.

В начале параграфа диссертант отмечает, что в современной России сформировалась весьма своеобразная дуальная модель местной власти, включающая институты государственной власти («делегатуры федеральных министерств» и др.) и институты местного самоуправления. Такая конфигурация властных структур связана, во-первых, с необходимостью реализации принципа распространения государственной власти на всю территорию страны, что является основой сохранения государственного суверенитета, во-вторых, со стремлением пришедших к власти в начале 90-х годов прошлого века элит реализовать англосаксонскую модель местного самоуправления, предусматривающую выборность и относительную автономию местных структур. Диссертант показывает, что при такой организации местной власти возникает ряд проблем, касающихся возможности отнесения органов местного самоуправления к органам публичной власти (или это исключительно институты гражданского общества) и специфики взаимодействия местных государственных структур и муниципальных институтов в рамках локального политико-правового пространства.

Далее соискатель предлагает собственные варианты их концептуального решения. В частности, принадлежность органов местного самоуправления к публично-властным структурам не вызывает сомнений, т.к. они наделены всеми властными атрибутами (собственной компетенцией, правом принимать нормативно-правовые акты по вопросам своего ведения, устанавливать местные налоги и сборы и др.). Скорее, наоборот, возникает вопрос о возможности отнесения этих, по сути, административных (либо административно-представительных) структур, так или иначе способствующих осуществлению на местах полномочий государственной власти, к институтам гражданского общества. Так, фиксация в ст. 1 Федерального закона № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» субъектности населения в системе муниципальной власти является больше декларативным, чем нормативным подходом. Диссертант проводит системный анализ взаимодействия органов исполнительной власти, функционирующих в муниципальных образованиях, и институтов местного самоуправления и выделяет несколько типов структур местной власти, а также системных связей между ее государственными и негосударственными элементами: а) экстенсивная структура, характеризующая пребывание всех институтов местной власти в едином общефедеральном правовом поле, что отражается на порядке их возникновения (генетический аспект), а также подчеркивающая инструментальную природу (ценность) всех местных властных институтов, отход от которой приводит к различным функциональным деформациям; б) интенсивная структура, предполагающая функциональный и идеологический срезы местной власти, динамический, изменяющийся характер этих элементов. Данные структуры интегрированы, однако их различение имеет эвристическое и практическое значение, особенно для определения дальнейших перспектив развития институтов местной власти.





В третьем параграфе «Российское местное самоуправление и правоохранительные структуры: постсоветская трансформация институционального взаимодействия» соискатель, используя представленную в предыдущем параграфе системно-структурную методологию, анализирует специфику взаимодействия органов местного самоуправления, региональных властных структур и правоохранительных институтов и показывает, что главный вопрос заключается в установлении концептуальных оснований, необходимых для формирования оптимального механизма сотрудничества органов государственной власти субъекта Федерации, органов местного самоуправления и действующих на их территории правоохранительных структур. В конечном счете в условиях нарастания модернизационных рисков, свойственных для постсоветского периода, должна быть выработана и законодательно закреплена адекватная стратегия такого взаимодействия, на основе которой можно создавать и реализовывать различные программы, национальные проекты и т.п.

Далее диссертант выделяет приоритетные направления, принципы и особенности взаимодействия институтов местного самоуправления и правоохранительных структур: а) местная власть как система всегда определяет основные качества своих элементов; б) правоохранительные органы призваны реализовывать общегосударственную стратегию по обеспечению правового порядка и пресечению различных правонарушений и в этом качестве должны учитывать этническую и религиозную специфику конкретной местности, конфигурацию институтов местной власти, действовать, опираясь на муниципальные органы, оказывающие им материальную, организационную, идеологическую, информационную и иную поддержку, выступать посредниками между представителями силовых ведомств и местным сообществом.

Основная же цель такого взаимодействия состоит в реализации обязательств государства по политико-правовому обеспечению безопасности граждан на своей территории, поддержанию режима законности и правового порядка. Ясно, что изолированные от иных властных структур муниципальные институты не смогут решить эту задачу по ряду причин (в первую очередь отсутствие необходимых властного, организационного и материального ресурсов). Более того, решению данных вопросов не способствует и признание местного самоуправления институтом гражданского общества.

В завершении параграфа диссертантом выделены и иные проблемы, возникающие на муниципальном уровне в условиях переходного периода развития российской государственности и негативно сказывающиеся на взаимодействии института местного самоуправления и правоохранительных структур: низкая эффективность управления со стороны муниципальных органов, которая проявляется во многих сферах жизни местного сообщества и связана как с объективными, так и с субъективными факторами; слабый уровень профессиональной подготовки муниципальных служащих; отсутствие методологии совместных действий, включающей в том числе и распределение уровней правовой ответственности, и др.

Третья глава «Институционально-правовой дизайн российской муниципальной власти» состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Либерально-правовой проект государственного и муниципального строительства: способы преодоления имперского и советского патернализма» дается общая и предметная характеристика динамики взаимоотношений институтов государственной власти и местного самоуправления в контексте либерального проекта реформирования российской государственности, ориентирующегося на элиминацию патерналистских принципов.

В начале параграфа диссертант отмечает, что специфика и характер взаимодействия государства и самоуправления, правовые основы различных видов самоуправления в рамках либерально-демократической модели развития национального политико-правового режима предполагают выявление особенностей институционализации местного самоуправления. Здесь важен вопрос об уровне «укорененности» рецепированных политико-правовых структур в национальных институтах и ценностях.

На основании проведенного анализа взаимоотношений государства и гражданского общества диссертант отмечает, что среди современных исследователей нет единства мнений относительно природы гражданского общества и институтов самоуправления в России. Однако большинство ученых считают, что основная цель либерализации местной власти, местного самоуправления состоит в последовательном достижении и отстаивании независимости ее институтов от государства. В качестве основного аргумента даются ссылки на западный (англо-американский) опыт и указывается, что местное сообщество должно быть «школой» воспитания правовой и гражданской активности населения, способствуя существенным качественным сдвигам в российской правовой и политической культуре, выступающей основой для формирования нового «несоветского» человека.

В ходе постсоветского реформирования стало ясно, что такого рода стратегии являются идеализациями ситуаций, не имеющими ничего общего с действительным состоянием муниципальных образований, которые не обладают необходимыми для преодоления имперского или советского патернализма материальными ресурсами, в большинстве своем не могут обеспечить даже минимальный уровень социальной и правовой защиты граждан, функционирование образовательной и медицинской сферы, создание нормативных актов надлежащего качества.

Диссертант отмечает, что почти за два десятилетия существования российской демократической государственности произошло слияние муниципальных управленческих элит и местных (региональных) промышленно-финансовых групп, которое не ведет к реализации принципа «приоритета интересов местных сообществ и отдельных граждан», имеет коррупциогенный характер, деформирует многие муниципальные институты – они становятся фиктивными (например, институт муниципальных выборов, местных референдумов и др.). Представительные органы муниципальной власти, формирующиеся с теневым участием представителей бизнеса, практически не обновляются, лоббируют вполне определенные интересы.

Сложившуюся ситуацию можно исправить только через различные «государственные делегатуры» (прокуратура, суды и др.) на местах, их эффективное и независимое от муниципальных и иных структур функционирование.

В завершении параграфа диссертант делает вывод о том, что в процессе демонтажа политических и правовых институтов социалистической государственности, незавершенности процессов национально-государственного строительства, утраты легитимности муниципальной власти недопустимо обычное копирование ни евроамериканских, ни имперских и советских образцов местного самоуправления: поиск собственной модели развития данных отношений должен иметь постепенный и поэтапный характер и включать в себя национальные политико-правовые традиции, учитывать современные (юридические, политические и социально-экономические) достижения в данной области.



Pages:     | 1 |   ...   | 2 | 3 || 5 |
 

Похожие работы:








 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.