авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |

Политико-правовая институционализация местной власти в современной россии

-- [ Страница 3 ] --

В первом параграфе «Местная власть и самоуправление как политико-правовые категории» на основе анализа различных теоретико-методологических подходов диссертантом формулируется понятие «местная власть», анализируются источники и формы ее правовой институционализации, практическая ценность и различные модификации в российском и зарубежном политико-правовом пространстве. Диссертант подробно изучает генезис институтов «провинциальной власти», выявляет ее структуру, основные свойства и функции, а также специфику формирования в различных типах цивилизаций, особенности возникновения и развития институтов отечественного самоуправления и местного управления, определяет их генетические и функциональные связи, механизм взаимодействия общественных и государственных начал на местном уровне.

Автор обращает внимание на то, что институциональное измерение местной власти и местного самоуправления как важнейшего ее элемента и формы осуществления народовластия (публичной власти местного сообщества) неизбежно предполагает обращение к его аксиологическому аспекту, т.е. требует изучения самоуправления в качестве политико-правовой ценности, обнаруживающей себя в разных институциональных формах еще в догосударственный период. Именно самоуправление остается единственным институтом социальной организации, способом осуществления социальной (неполитической власти), однако по мере развития общества институционализируются и иные формы публичной власти, значительно усложняются задачи управления, меняется характер властных отношений и, как следствие, возникает новая (правовая) система их регулирования и т.д.

Диссертант анализирует концепцию Ю.А. Тихомирова, согласно которой в настоящее время самоуправление приобретает свойства самоорганизованной публичной власти и самоосуществляемого управления. В этом плане роль самоуправления и его юридическое и структурное оформление существенно меняются, как и подходы к осмыслению различных параметров данного института. В политико-правовом познании это чаще всего происходит в контексте анализа взаимодействия личности, общества, государства и права.

В отношении же понятий «самоорганизованная публичная власть» и «самоосуществляемое управление» диссертант занимает критическую позицию, считая, что оперирование данными категориями и утверждение возможности их практической реализации являются результатом очередного увлечения российскими и зарубежными теориями, принадлежащими либерально-правовому дискурсу, не способствующего стабилизации властных отношений в регионах, повышению уровня эффективности местной власти.

Далее диссертант обосновывает тезис о том, что формальное присутствие института местного самоуправления во всех цивилизационных моделях еще не позволяет вывести универсальной, научно достоверной и при этом приемлемой для любого исследователя его понятийной формулы. Поскольку самоуправление – это инструментальная ценность, то и отношение к нему будет всегда определяться более фундаментальными социально-правовыми факторами, целеполагающими началами общества: существующим типом социальных связей, обусловливающих в том числе и содержание властных отношений; спецификой деятельности местных институтов и структур государственной власти и управления, геополитическими факторами, историческими правовыми традициями, содержанием национальной правовой культуры и т.д.



Трактовка местного самоуправления как способа общественно-государственного развития и тем более как формы реализации индивидуальных и коллективных прав и интересов, института публичной власти существенно зависит от общей системы ценностных координат, той роли, которая отводится в ней местным государственным институтам. Для того чтобы понять, в чем ценность самоуправления, подчеркивает диссертант, необходимо учитывать одновременно моменты его универсальности и исторической (национальной) индивидуальности. Именно в этом контексте следует рассматривать и институты местной власти, их генезис, становление, значение в конкретном институционально-политическом ландшафте и социально-правовом пространстве.

В российской политико-правовой науке, по мнению диссертанта, несмотря на некоторые попытки отнести Россию к евразийскому политико-правовому проекту, в отношении института самоуправления всегда культивировался и по-прежнему используется европейский (англосаксонский) подход. В конституционном плане получила закрепление модель местного самоуправления, основанная, по сути, на противопоставлении местных и общегосударственных интересов и функций, что, конечно же, не может соответствовать действительному положению дел и только стимулирует политико-правовые институциональные деформации и злоупотребления муниципальных структур. Безусловно, не следует отождествлять общественные и государственные интересы (как это делают, например, некоторые современные авторы), более продуктивно представить механизм функциональной и институциональной интеграции соответствующих властных структур в рамках концепции местной власти.

Диссертант отмечает, что специфика самоуправления будет определяться его правовым характером, тем, насколько оно в состоянии реализовывать правовые начала в жизни общества. Российский институт самоуправления включает в себя право граждан на местное самоуправление – они могут выбирать представительные органы местного самоуправления, свободно и непосредственно, например, посредством референдумов, решать задачи местного значения и др. Однако в управленческом, практическом плане эти права реализуются в институционально-правовом пространстве местной власти, а не в некой изолированной «муниципальной среде».

В завершении параграфа диссертант отмечает, что развитие институтов местной власти в современной России тесно связано с такими способами организации власти и управления, как централизация и децентрализация. Поэтому диссертант обращается к анализу ряда классических источников, в частности к работам А.Д. Градовского, Б.Н. Чичерина, Н.М. Коркунова и др., критически анализирует их взгляды на политико-правовую и социальную природу местной (провинциальной) власти, проецирует их выводы на современное состояние российской государственности.

На основе проведенного исследования диссертант формулирует собственное рабочее определение местной власти, выделяет ее сущностные признаки и основные функции.

Второй параграф «Самоуправление в системе политических и правовых институтов традиционного общества» посвящен рассмотрению сущностных признаков институтов самоуправления в политико-правовом пространстве традиционного общества.

В начале параграфа диссертант обращается к теориям модернизации, показывает, что модернизация – это особая форма развития, состоящая в переходе от традиционного общества с присущим ему типом нормативного регулирования и способом создания властных институтов и структур сакрализации публичной власти к современному обществу, ориентированному на институциональные политико-правовые инновации, проявляющие себя по-разному и в различных сферах жизнедеятельности.

Традиционные общества, таким образом, всегда являются исторически первыми, воспроизводящими себя на основе традиций и имеющими в качестве «источника легитимации активное прошлое, традиционный опыт» (В.Г. Федотова). Диссертант разделяет позиции тех авторов, которые считают, что в настоящее время многие социумы, в том числе и Россия, сохраняют черты традиционного общества, конечно же, отражающиеся на избираемых и реализуемых модернизационных стратегиях, особенно в политической и правовой сферах.

Далее диссертант обращается к анализу места и роли института местного самоуправления в условиях традиционного общества, учитывая специфику российской государственности. При этом в диссертации показывается наличие собственного культурного основания государственно-правовой системы, так или иначе, обусловливающего результаты любого реформирования, разнообразных попыток национальной модернизации.

В этом контексте в работе выделены основные этапы становления российского самоуправления, определены органические связи между различными историческими периодами, проведено исследование проблемы взаимообусловленности развития институтов самоуправления и государственной власти. Диссертант формулирует базовые противоречия, возникающие между государственным аппаратом и общественным самоуправлением в традиционном обществе: отторжение большинством населения нормативно-правового массива, не соответствующего общинному миропониманию, идеалам «правды», выработанным веками способам разрешения конфликтов; делегитимация множества рецепированных в ходе различных вестернизаций политических и экономических институтов и др.

Вместе с тем, по мнению диссертанта, трансформация институтов местной власти в России имеет и собственную специфику. Так, в известных своим высоким уровнем самоуправленческих начал городах Пскове и Великом Новгороде в период становления российской государственности самоуправленческие единицы обладали довольно широкими полномочиями. В допетровской Руси не было резкого различия в порядке управления между городскими и сельскими поселениями. Городская жизнь была достаточно слабо развита и плохо устроена. Однако в XVII в. создаются органы губного и земского самоуправления, ставшие институциональной основой формирования местной власти.

В период правления Павла I городское самоуправление ликвидируется и на местах начинают функционировать исключительно государственные публично-властные структуры. Несмотря на то, что в эпоху Александра I институты городского самоуправления все же восстанавливаются, в целом органы местного управления в первой половине XIX в. практически не подвергались изменениям вплоть до очередного витка вестернизации.

Утвержденное Александром II Положение о земских учреждениях повлекло введение земского самоуправления, явившегося важным этапом в становлении институтов гражданского общества в России: земства выбирались гражданами, а не корпоративными объединениями. Эти структуры были призваны «освободить» органы государственной власти от решения многих местных проблем.

Диссертант отмечает, что особенности развития институтов местной власти в России можно понять, рассматривая их в контексте исторического развития и содержания государственной власти, выявляя национальное измерение властных отношений. Здесь важно подчеркнуть отсутствие явных противоречий между идеей самодержавия и проектом институционализации местной власти, включающей в себя разные формы самоуправления. Такая ситуация весьма характерна для правовой и политической культуры традиционного общества, патриархально-сакрального типа властных отношений.

Далее в диссертационном исследовании показана трансформация институтов местного самоуправления от земской модели к советской и муниципальной, причем данный анализ проводится в контексте современной версии модернизации национальной политико-правовой системы, проблемы формирования гражданского общества.

В завершении параграфа диссертант выделил основные этапы становления местной власти в России, обосновал их сопряженность с процессами деформации духовных и правовых основ традиционного общества.

В третьем параграфе «Российское общинное самоуправление: юридико-конфликтологический анализ» диссертант определяет значение общинного (крестьянского) самоуправления в процессе формирования институтов местной власти в России, а также анализирует традиционную систему разрешения конфликтов.

Самоуправление на уровне крестьянской общины сохранялось в России на всем протяжении ее истории. Это оказался весьма устойчивый социально-правовой институт, функционирование которого во многом и определяло единство национального социально-правового пространства, тип нормативного регулирования, негативные результаты использования «заемного права». Неудивительно, что общинное самоуправление пытались сохранить и в ходе Крестьянской реформы 1861 г. Этот социальный и политико-правовой институт продолжал играть важную фискальную и полицейскую роль: община оставалась в большинстве случаев субъектом права собственности на землю и, кроме того, своеобразным органом социального страхования. Поэтому местную власть в России трудно представить без института общинного самоуправления, имевшего системные связи с институтами государственной власти, действующими в конкретной области.





По мнению диссертанта, при советской власти роль дореволюционной общины только частично была сохранена сельсоветами и колхозами, хотя совершенно очевидно, что традиционная форма имела принципиально отличное содержание: ни сельсоветы, ни даже колхозы, по сути, не являлись уже органами самоуправления и, тем более, не выполняли многие присущие общине функции.

Диссертант подчеркивает, что, в отличие от классической индивидуалистской и коллективистской моделей, общинная модель стремится к установлению сбалансированных отношений между индивидом и группой, причем последняя должна быть организована таким образом, чтобы дать возможность ее членам раскрыть свои способности. Речь идет о том, что община, сохраняя внутри себя патриархальные отношения, всегда являлась источником норм обычного права, формировала соответствующие процессуальные институты, направленные на разрешение правовых конфликтов в рамках общинного самоуправления.

В целом же, по мнению диссертанта, русская территориальная община объединяла в себе функции производственного коллектива, соседской и конфессиональной (частичное или полное совпадение с приходской) общности, административной единицы, а также особой «арбитражно-судебной системы». Устойчивость и эффективность многих общинных институтов не позволили даже реформам П.А. Столыпина сколько-нибудь существенно повлиять на привычку крестьян решать проблемы в рамках малого коллектива, руководствоваться в своих действиях общинными установлениями. Поэтому вплоть до 1905 г. институт «общинной власти» был источником стабильного развития российской провинции, а также иных местных властных структур.

Обращаясь к российскому законодательству XIX в., по мнению диссертанта, можно четко выделить до- и послереформенный периоды в развитии концепции и практики разрешения правовых конфликтов. В дореформенный период управление губернией и уездом основывалось на Общем учреждении губернском 1775 г., при этом суд еще не был отделен полностью от администрации и вести речь о соотношении административных и судебных способов разрешения споров не приходится. Особое место в судебной системе «на местах» занимал совестный суд, задача которого заключалась в поиске компромиссного варианта, приемлемого для обеих сторон конфликта.

Судебная реформа 1864 г. создала в России самые передовые институты правосудия. В судопроизводство были внедрены принципы гласности и непосредственности судопроизводства, равенства прав сторон, состязательности. Независимый суд признается главным средством разрешения конфликтов как между частными, так и юридическими лицами по вопросам частного и публичного права.

Тем не менее неотъемлемым элементом системы разрешения конфликтов в русской провинции вплоть до советского периода остается традиционная юстиция, основная задача которой – не прибегать к заранее определенным нормам, а добиваться восстановления общественного равновесия, нарушенного каким-либо потрясением. Судебные уставы от 20 ноября 1864 г. вслед за Общим положением о крестьянах 1861 г. признали юстиционное значение народного обычая и институтов народной юстиции. Народные суды легитимно на уровне волости должны были заниматься незначительными проступками и преступлениями по гражданским делам.

Далее диссертант заключает, что, хотя особую роль Судебные уставы отводили мировой юстиции, ее востребованность оказалась ограниченной. Лишенный же признания (правового оформления) со стороны государства сельский суд прочно вошел в традицию и предпочитался крестьянами иным формам правосудия. Связано это прежде всего с тем, что в разбирательстве дел сельский суд стремился к примирению сторон, решение выносилось на основании норм обычного права.

Исследование данного института позволило диссертанту обнаружить оптимальное (с точки зрения сохранения правового порядка и легитимности властных решений) сочетание закона (позитивного права) и обычая в российской правовой системе, а в институционально-организационном плане соотношение государственных и общественных начал в местной власти. Так, члены общины и сами судьи считали, что закон государства наиболее эффективен на волостном суде, а обычай – на сельском сходе.

В завершении параграфа диссертант определяет возможности и перспективы использования традиционного опыта в разрешении правовых конфликтов в рамках действия институтов местной власти в настоящее время, обращает внимание на предпосылки формирования такого института, как «восстановительное правосудие», ориентированного на широкое применение примирительных процедур.

В четвертом параграфе «Земские учреждения как политико-правовой институт общественного самоуправления: генезис и основные этапы развития» диссертант проводит критический политико-правовой анализ земско-сословной и земско-имперской моделей организации местной власти в России.

В начале параграфа отмечается, что в ходе реформирования российской государственной власти, поиска оптимального варианта муниципально-правового строительства к опыту земств неоднократно обращались как на доктринальном, так и на политическом уровне, подчеркивая его ценность и значимость использования в постсоветском государстве. Несмотря на то, что земский проект так и не получил законодательного оформления, уступив место англосаксонской версии местной власти, в научных публикациях можно проследить определенные идеализации земской модели, ее политико-правового и организационного потенциала.

Анализ многочисленных источников по проблемам земского управления показывает, что, во-первых, со второй половины 70-х годов XIX в. земские институты стали деформироваться, т.е. утратили свою функциональную природу в результате нарастания политических притязаний земств как институционально-правовых форм местной власти и управления; во-вторых, такое расширение компетенции земств (ограниченной пределами уезда, губернии) оказало деструктивное влияние на всю систему институтов публичной власти, более того, в конце 80-х – начале 90-х годов этого же столетия земские деятели оппозиционируют правительству, своими действиями дестабилизируют ситуацию в стране, становятся носителями либерального правового и политического сознания.



Pages:     | 1 | 2 || 4 | 5 |
 

Похожие работы:








 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.