авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |

Русский христианский модернизм в контексте церковного реформирования: 1-я четверть хх века

-- [ Страница 1 ] --

На правах рукописи

Воронцова Ирина Владимировна

Русский христианский модернизм

в контексте церковного реформирования: 1-я четверть ХХ века

07.00.02 – Отечественная история

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук

Москва

2009

Работа выполнена на кафедре истории России средних веков и нового времени Московского государственного областного университета.

Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор

Багдасарян Вардан Эрнестович

Официальные оппоненты:

доктор исторических наук, профессор Реснянский Сергей Иванович

доктор исторических наук, профессор Бледный Сергей Николаевич

Ведущая организация: Московский Государственный Гуманитарный университет им. М.А. Шолохова

Защита состоится: «11» марта 2009 г. в 15. 00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.155.05 по историческим наукам при Московском государственном областном университете по адресу: 105005 Москва, ул. Ф. Энгельса, 21

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского государственного областного университета: по адресу: 105005 Москва, ул. Радио, 10 а.

Автореферат разослан «_____» _________ 2009 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат исторических наук, доцент Никитаева Е.Б.

Общая характеристика работы

Актуальность исследования. Актуальность темы обусловлена современным развитием государственно-церковных отношений, которые в России имеют многовековую историю, но в силу исторических обстоятельств оказались мало изучены в ХХ в. Изменения в российском обществе последних 10–15 лет показали, что общественно-историческая модернизация затрагивает и Русскую Церковь, как социальный институт, и сегодня она становится значительной общественной силой, входя во взаимодействие со всеми слоями развивающегося общества. Вместе с этим тема актуальна потому, что со стороны определенных сил, периодически предпринимаются попытки навязывать Церкви и религиозное обновление, обусловленное меняющимися условиями общественной жизни и научным прогрессом. Как правило, эта тенденция имеет дестабилизирующий характер, внося раскол в гражданское общество. Исторические уроки религиозной модернизации, предпринятой в начале ХХ в. должны быть изучены и учтены. Рождение общественных движений всегда является сигналом нестабильности общественного сознания, отражая возникающую в одной или нескольких областях жизни государства тенденцию к модернизации общественных отношений. Изучение опыта подобной попытки модернизации в 1 четверти ХХ в., вовлекшей в круг различные слои российского общества, представляется весьма актуальной задачей.

Степень изученности проблемы. Несмотря на актуальность темы, глубокой научной разработки она не получила. Во многом это объясняется тем, что «новое религиозное сознание»1 рассматривали с философской точки зрения2, или с филологической – в контексте влияния религиозно-философских идей (в т.ч. тех, на которые опиралось учение НРС) на культуру Серебряного века3. Исторические связи движения изучены не были. В трудах советских историков тема собраний Петербургского религиозно-философского общества не поднималась вовсе, т.к. замалчивались и не публиковались сами работы русских религиозных философов, опираясь на которые можно было бы систематизировать доктрину и программу движения НРС, а значит и определить влияние христианского модернизма на: а) церковно-реформаторское движение, причинами которого считались классовые интересы низшего духовенства; б) появление реформаторских положений в «обновленческих» программах 1922–1923 гг. В современных трудах тема исторических связей НРС практически не исследована, хотя к упоминанию Петербургских религиозно-философских собраний (1901–1903)4 историки, изучавшие начало ХХ в., прибегали как к весьма значительному историческому явлению, но не рассматривали работу Общества в 1907–1917 гг., когда движение политизировало свои задачи и определило место и степень участия НРС в революционном процессе. На предмет места, занимаемого движением НРС (1901–1917) в истории Русской Церкви исследований не проводилось.





После 1917 г. о темах, поднимавшихся на Петербургских религиозно-философ-ских собраниях, писал церковный историк и богослов Г. Флоровский5, он показал их связь с философией Вл. Соловьева. Философ и публицист Н. Зернов писал о работе ПРФС как о вехе, связанной с расцветом русской религиозной философии6, приведшей интеллигенцию в Церковь. Н. Зернов не затрагивал исторических связей.

Коренное изменение политики государства по отношении к Церкви после 1917 г. обусловило резко негативное отношение ранней советской историографии к системе государственно-церковных отношений в дооктябрьский период. В послереволюционной России никто, кроме вождей «обновленческого раскола» (1922–1927) к разговору о месте НРС в исторической модернизации, проходившей в 1-й четверти ХХ. в., не возвращался. Лидер «Обновленческой церкви» свящ. А. Введенский в своих публикациях упоминал о движении7, но назвать это историческим исследованием было бы сильным преувеличением, как и попытку Б. Титлинова вставить движение НРС в историю «развития» «обновленческого» движения в 1910-х гг.8

Выходившие в 1920–1930 гг. работы отличались не столько научной, сколько ярко выраженной политической и партийной направленностью9. Исключением были не публиковавшиеся до 2000 г. работы С. Троицкого и А. Кузнецова, поставивших вопрос о влиянии общественных движений начала ХХ в. в области церковной модернизации на появление в 1922 г. «Живой Церкви»10. С. Троицкий в сочинении «Что такое "Живая Церковь"?» отвел главу вопросу о том, действительно ли «живоцерковники» имеют корни в российской истории. Однако он говорил о группе «Живая Церковь» свящ. В. Красницкого, которая, действительно не интересовалась НРС. На этом основании, опровергая «родословную», которую представил в своих книгах профессор-обновленец Б. Титлинов, С. Троицкий писал: «Нет связи между "Живой Церковью" и "Религиозно-философским обществом"»11. Профессор С. Троицкий считал, что если и искать в «Живой Церкви» (как «Обновленческой церкви») отголоски идей, высказанных в ПРФС, то их «с большим правом можно искать в "Церковном Возрождении" еп. Антонина», а «корень "Живой Церкви"… нужно искать… в области практических классовых интересов… в повороте церковной политики большевиков»12, хотя сам отмечал, что «по своей организации «Живая Церковь» является пресвитерианской сектой»13. Секта же всегда предполагает некоторое идейное основание, отличное от того единого идейного содержания, от которого «секта» отделяется. Работа С. Троицкого была написана в Варшаве в 1928 г. и соответствовала возможностям своего времени. Профессор А. Кузнецов, который был свидетелем исторических событий 1-й половине ХХ в. написал, что «Обновленческий раскол в Русской Церкви… явился логическим итогом движения за церковное обновление, идеи которого родились в недрах девятнадцатого столетия, богатого многообразным стремлением… к критической переоценке ценностей»14.

Научная литература 1950–1980 гг. во многом сохраняла исключительно тенденциозное отношение к истории Русской Церкви и государственно-церковным отношениям в дореволюционный период и не интересовалась религиозно-обновительскими течениями в российском дореволюционном обществе15. Внимание уделялось проблемам отношения Церкви к революции 1905–1907 гг., её деятельности накануне октября 1917 г. В начале 1960-х гг. появились работы, попытавшиеся по-новому взглянуть на историю Церкви в государстве в названные годы. Отдельные исследования были посвящены «обновленческому» расколу. В 1969 г. П. Курочкин рассмотрел «обновленчество» как вариант русской реформации16. А. Шишкин писал об «обновленческом» движении 1920-х гг. как отображающем историю приспособления Русской Церкви к новым социальным, экономическим и политическим условиям17. Религиозный модернизм «обновленчества» 1920-х гг. А. Шишкин истолковал как стремление сдержать идейный разрыв верующих с Церковью, сблизить идеалы христианства и социализма18. В других исторических работах тема значения обновленческих движений в России ХХ в. не получила сколько-нибудь развернутого изучения.



Кардинальные политические и социально-экономические изменения, произошедшие после 1985 г., способствовали появлению качественно новых работ по истории и социально-политической деятельности Русской Церкви. Так, М. Одинцовым19 была обобщена история церковно-государственных отношений в России ХХ в, исследованы проблемы формирования религиозно-политических партий и движений. М. Одинцов создал целостную картину эволюции государственно-церковных отношений на протяжении всего XX в.20

В постсоветское время появились условия для расширения концептуального решения проблем историко-церковных исследований. В частности проявился интерес к вопросу возникновения «обновленческого» раскола. В конце 1990-х историк О. Васильева поддержала тезис об организации «раскола» ГПУ с целью расчленения Церкви на группировки21. Д. Поспеловский, уделивший внимание выяснению симптомов и причин «обновленчества» как движения, признал, что в программах «32-х» столичных священников, в платформах различных социал-христианских союзов после 1917 гг. и в программных концепциях «обновленческого» раскола было много общего22, но в рецензии на книгу профессора МДА В. Цыпина «История Русской Православной Церкви 1917–1990 гг.» он указал на то, что автор ошибочно связал дореволюционное движение за церковное обновление с «советским обновленчеством»23. В. Цыпин, высказал мнение о наличии связи между церковно-реформаторским движением 1905–1907 гг. и «обновленчеством» 1922–1927 гг.. Об исследованиях В. Цыпина церковный историк И. Соловьев заметил, что он делает заключения без сопоставления программных положений дореволюционного движения за церковное обновление с программой «советских обновленцев»24. Книга иером. Илариона (Алфеева)25 «Православное богословие на рубеже столетий»26 на документальной основе исследовала состояние духовных школ конца XIX– начала ХХ в. в России. Автор сделал вывод о революционных настроениях среди учащихся, и связал эту тенденцию с общей тенденцией к обновлению социальных отношений в России начала ХХ в.

Историк О. Останина, чья кандидатская диссертация включала вопрос о связи «обновленческого» и реформаторского движения (1905–1906), обратила внимание на феномен «религиозных исканий околоцерковной интеллигенции» в связи с «религиозно-обновленческим движением в рамках самой Церкви»27. Исследователя интересовала «группа церковных обновленцев и религиозных реформаторов», которые, по её мнению, делали акцент на сближении Церкви с народом и на социальную активность Церкви. В центре внимания автора были «свящ. Г.С. Петров, архим. Михаил (П.В. Семенов), писатель В.П. Свенцицкий»28. О. Останина отметила поэтапную «внутреннюю эволюцию» этой группы29. Был издан труд А. Левитина-Краснова и В. Шаврова по истории «обновленчества» 1920-х гг.30, который подробно описывал события 1920-х гг., опираясь на личные воспоминания свящ. А. Введенского. Однако в целом этот труд апологетичен. Книга рассказывала об эволюции «обновленческого» движения и отношениях с большевиками лидера «обновленчества» и автора реформаторских «обновленческих» программ в духе христианского модернизма свящ. А Введенского.

В 2000-е гг. вышли материалы для церковно-исторической и канонической характеристики31, позволившие уточнить сведения об «обновленческом» движении в 1922–1925 гг. Значительным событием стала вышедшая монография С. Петрова32, посвященная изучению делопроизводственных материалов Политбюро с привлечением документов государственных органов, позволяющих делать выводы о главных направлениях работы Антирелигиозной Комиссии с «церковниками» в 1921–1923 гг.

Современные исследователи докт.филос.наук П. Гайденко33, докт.фил.наук В. Сарычев34, канд.филос.наук О. Шиманская35; обратились к тезисам доктрины НРС. Не рассматривая подробно содержание доктрины, они писали о направлении учения в философском контексте. П. Гайденко отвела в книге, посвященной истории русской религиозной философии, главу религиозному творчеству Д. Мережковского, попытавшись проанализировать его религиозные высказывания с православной точки зрения. В. Сарычев рассмотрел отражение «религии» Д. Мережковского в его литературных произведениях. Центром его критического разбора стала гносеологическая трактовка проблем «плоти» и «пола» 36. О. Шиманская исследовала влияние русской религиозной философии на тематику обсуждений, проходивших в ПРФС.

Петербургский историк С. Фирсов в монографии отвел параграф Петербургским религиозно-философским собраниям и обратил внимание на активность основателей и участников Общества в год начала церковно-реформаторского движения (1905) и в канун революции 1917 г.37 Период 1890–1918 гг. исследовал английский историк J. Cunningham, но в изучение темы не внес ничего нового (работа носила публицистический характер) 38.

Вопрос о месте ПРФС в истории отношений Церкви и общества обсуждался на состоявшейся в 2001 г. юбилейной конференции Санкт-Петербургского университета. К. богосл. Вениамин (Новик) в своих докладах на конференции поднял некоторые из пунктов, обсуждавшихся на ПРФС, придав им контекст злободневности39. Годом позже темы заинтересованности интеллигенции в решении проблемы свободы совести в России коснулся Е. Элбакян40, и ранее писавший о роли религии в сознании российской интеллигенции41. В 2003 г. была защищена кандидатская диссертация Ю. Прокопчука, представлявшая собой попытку «изучения функционирования» ПРФС 19011903 гг., на основе опубликованных документов, касающихся организации и закрытия Собраний42. Автор опирался на изданные протоколы ПРФС (1908) и источники преимущественно 19701987 гг. Диссертация не внесла конструктивной информации по вопросу о роли НРС в истории России 1 четверти ХХ в.

В 2000 г. канд.ист.наук Д. Диденко изучая полемику вокруг сборника «Вехи», поставил вопрос об участии интеллигенции в процессе модернизации российского общества. Автор опирался на мнения 1980-х гг. историков О. Волобуева, С. Кулешова, В. Шелохаева о роли интеллигенции в революциях ХХ в. в России. Д. Диденко сделал вывод о том, что в 1907–1909 гг. «возросло стремление интеллектуальных слоев к нетрадиционному ценностному обоснованию своей деятельности»43, который подтверждается и нашим исследованием. Д. Диденко упомянул ПРФО в ряду «корпоративных сообществ» и назвал его заслугой «признание значимости религиозной проблемы в социальном самоопределении» интеллигенции44.

Исторические диссертации последних лет, обращенные к церковно-государст-венным отношениям принадлежат историкам Д. Головушкину (исследуемые годы: 1905–1925), С. Степанову (1922–1925), А. Шкурину (1922–1930) и представляют собой современный – независимый и неидеологизированный взгляд на историю обновления церковно-государственных отношений в ХХ в. Д. Головушкин, сам не проведя исследований по теме НРС, ссылается на философскую диссертацию философа О. Шиманской и делает выводы об исторической преемственности движения «новое религиозное сознание»45, которых сама автор не сделала, т.к. её работа лежала в иной научной области. Д. Головушкин склоняется к утверждению, что факт осуществлявшейся в обществе просветительской деятельности ПРФС имел влияние на формирование церковного реформаторства 1905–1907 гг., правда, не приводит доказательств своего утверждения. Исследовательская новизна работы А. Головушкина в обновлении сведений о связи церковно-реформаторского (1905–1907) и «обновленческого» движений (1922–1925).

Работы С. Степанова и А. Шкурина путем привлечения редких архивных документов (в том числе из архивов ФСБ) исследуют историю организации большевиками «обновленческого раскола»46. С. Степанов и А. Шкурин не останавливают внимания на реформаторских программах «обновленчества» и причинах их появления.

Свои достижения в исследовании темы церковно-государственных отношений имеет церковная историография. Исследование архим. Иоанна (Снычева), посвященное расколам 1920–1930-х гг., объясняло их появление как церковное противостояние событиям 1917–1918 гг47. Несомненную ценность для общей церковной истории представляют труды митр. Мануила (Лемешевского)48, архиеп. Сергия (Ларина)49, хотя их выводы и оценки в официальной историографии зачастую игнорировались, и труды оставались в машинописи. Значительный вклад в общее изучение церковно-государственных отношений в ХХ в. внес церковный историк Г. Митрофанов. Отдельно теме церковного движения за реформы в 1905–1908 гг. посвятил доклад на Московской Богословской конференции 2004 г. иером. Зосима (Давыдов)50. Доклад рассматривал развитие Общества в указанные годы церковного реформаторства. Книга очерков иерея Г. Ореханова51 написанная на основе его богословской диссертации по истории Русской Церкви начала ХХ в. содержит обновленные сведения по периоду церковно-реформаторского движения.

Религиозно-философское творчество (основных разработчиков доктрины христианского модернизма) Н. Бердяева, С. Булгакова, Д. Мережковского рассматривалось в литературно-эстетическом контексте и без привязки к истории модернистского движения НРС в кандидатской диссертации И. Москвиной52. Исследователь ставила задачей исследовать вопрос о роли искусства в философских построениях названных деятелей, видела в «мировоззрении богоискателей» переосмысление итогов народничества и легального марксизма53. Филолог ошибочно констатировала непримиримое отношение всех трех мыслителей к социализму и революционному движению54. С филологической точки зрения философская публицистика второго автора доктрины Н. Бердяева рассматривалась канд. фил. наук Е. Зелениной55; более 10 работ посвящено его жизни и творчеству за рубежом, среди авторов работ Н. Лосский56, В. Зеньковский57, и иностранные авторы: D. Lowrie, M. Vallon, L. Cain, C. Calian, F. Nucho, D. Richardson, и другие.

В. Розанов как участник разработки доктрины НРС не изучался. Нет и исследовательских работ, которые рассмотрели бы вопрос о влиянии его печатных выступлений на ход модернизации церковно-государственных отношений в 1901–1917 гг.

Целью настоящего исследования является комплексное изучение роли в истории модернизации России ХХ в. исторического феномена – религиозно-обновитель-ского движения, родившегося в среде российской интеллигенции в начале ХХ в. Цель исследования определила его задачи:

1) выявить программные направления движения в целом, эволюцию, пути и методы пропаганды учения, на которое оно опиралось;

2) рассмотреть его исторические и общественные связи в 1905–1917 гг.;

3) определить отношение представителей Церкви к пропаганде «неохристиан»;

4) исследовать пути влияния НРС на реформаторско-просветительскую деятельность отдельных клириков в 1912–1918 гг.; обновленческие движения: церковно-рефор-маторское 1905–1907 гг.; «обновленческое» в 1922–1925-х гг., при организации «Обновленческой церкви».



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
 

Похожие работы:







 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.