авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

П.я.чаадаев и его взгляды на судьбы россии

-- [ Страница 1 ] --

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК

ИНСТИТУТ РОССИЙСКОЙ ИСТОРИИ

На правах рукописи

Добровольский Владимир Юрьевич

П.Я.ЧААДАЕВ И ЕГО ВЗГЛЯДЫ НА СУДЬБЫ РОССИИ

Специальность 07.00.02 – Отечественная история

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Москва – 2007

Работа выполнена в центре истории России XIX в. Института российской истории Российской Академии наук.

Научный руководитель: доктор исторических наук

Боханов Александр Николаевич

Официальные оппоненты: доктор исторических наук,

профессор

Голиков Андрей Георгиевич,

Московский государственный

университет имени М.В.Ломоносова

доктор исторических наук

Секиринский Сергей Сергеевич,

Редакция журнала «Отечественная история»

Ведущая организация: Российский университет

дружбы народов им. П.Лумумбы

Защита состоится «___» ___________ 200__ г. в 11.00 часов на заседании Диссертационного совета Д 002.018.01 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора наук при Институте российской истории РАН по адресу: 117036, Москва, ул. Дм. Ульянова, д. 19, ауд. 2.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Института российской истории РАН.

Автореферат разослан «___» ___________ 200__ г.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

кандидат исторических наук Е.И.Малето

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы. Творческое наследие Петра Яковлевича Чаадаева (1794–1856) является неотъемлемой главой в истории русского национального самосознания. Он первым из русских светских интеллектуалов столь остро поставил вопрос о смысле исторического существования России в связи с судьбами всего рода человеческого. При жизни Чаадаеву удалось опубликовать лишь небольшой трактат в виде первого Философического письма, однако в нем настолько ярко и с такой силой мысли были высказаны идеи об отсутствии у России собственного прошлого и настоящего, что споры об этой статье не затихают до сих пор.

Эта публикация вызвала общественный шок и ускорила обособление главных течений русской общественной мысли. Мировоззренческий спор о судьбе России и ее месте в мире, возникший вокруг первого Философического письма, не прекратился до настоящего времени. Эта дискуссия то затихала, то возобновлялась, а ее актуализация всегда приходилась на переломные исторические эпохи, когда резко возрастал интерес к исторической идентификации России и одновременно – к творческому наследию П.Я.Чаадаева. Так было в 50-60-е годы XIX века, в начале XX века, потом в годы «оттепели», а затем – и на исходе XX века. Чаадаев и сейчас привлекает пристальное внимание именно потому, что текущая эпоха существования России требует современных ответов на извечные вопросы русского бытия.

В подавляющем большинстве случаев взгляд исследователей на Чаадаева изначально был жестко детерминирован той или иной идеологической доктриной, что заведомо сужало масштаб личности, умаляло глубину и высоту его творческой мысли. Его историософские размышления о смысле существования России, о ее судьбе, об историческом соотношении России и Запада и сейчас вызывают споры в России и за ее пределами. Эта проблема требует современного осмысления и избавления от устоявшихся трактовок.





Объектом исследования является творческое наследие П.Я.Чаадаева: его публицистические статьи и заметки и переписка с разными лицами.

Предметом исследования выступают взгляды П.Я.Чаадаева на судьбы России, человечества и христианства в их совокупности, в их развитии и трансформации, изученные в тесной связи с историей духовно-интеллектуального становления мыслителя.

Хронологические рамки обусловлены объектом и предметом исследования и охватывают годы жизни П.Я.Чаадаева (1794–1856).

Цель исследования – преодолеть устоявшиеся стереотипы восприятия П.Я.Чаадаева, переосмыслить его творческое наследие и определить мировоззренческие ориентиры, представить «живого» Чаадаева-мыслителя. При этом пристальное внимание уделено базовому сюжету, восприятие которого больше всего пострадало от идеологизированных интерпретаций: эту проблему можно кратко обозначить как Бог и человек. Многие и до Чаадаева воспринимали историю как творение Промысла, но он первым среди светских мыслителей попытался связать отдельные религиозные медитации между собой и сформулировать цельный взгляд на онтологию истории.

Задачи исследования: 1) изучить историю духовно-интеллектуального становления П.Я.Чаадаева, обозначить основные вехи его биографии, особенности образования и интеллектуальную среду, в которой он вращался с университетской скамьи до последних лет жизни; 2) на основании подробного изучения творческого наследия выявить особенности его мировоззренческой и общественно-политической позиции и определить изменения этой позиции в разные периоды его жизни; 3) восстановить интеллектуальный контекст эпохи, определить истоки историософских представлений Чаадаева и объяснить изменения, которые претерпевали его взгляды на судьбы России, а также обозначить его место в истории общественной мысли того времени.

Таким образом, исследовательские задачи охватывают три направления: воссоздание основных вех биографии П.Я.Чаадаева, изучение общественной атмосферы, в которой проходило его духовно-интеллектуальное становление, и анализ его творческого наследия.

Методологической основой исследования являются принципы объективности, научности и историзма. В основу работы с источниками положен метод сравнительного анализа и синтеза данных различных видов источников. При изучении мировоззренческих трансформаций П.Я.Чаадаева использовался сравнительно-исторический метод исследования: его взгляды рассмотрены в интеллектуальном контексте эпохи, особенности которого непременно отражались на мировосприятии мыслителя.

Научная новизна работы состоит в том, что работа представляет собой первое специальное исследование взглядов П.Я.Чаадаева на судьбы России, в котором его идеи изучаются в их совокупности, развитии и трансформации на основании всех его известных публицистических трудов и в тесной связи с его духовно-интеллектуальным становлением. Чаадаев изучается не как представитель определенной общественно-политической доктрины, а как «живой» человек с самостоятельными убеждениями, целиком посвятивший себя осмыслению явленного мира, неоднократно и искренне меняя свою точку зрения на историческое предназначение России и Православия. Такой подход позволяет понять органичность для внутреннего мира мыслителя всех противоречий в его мировоззрении, которые неоднократно отмечались исследователями, и более объективно осмыслить его идейное наследие, бльшая часть которого уже введена в научный оборот.

Практическая значимость исследования заключается в том, что предоставленный материал и выводы диссертации могут использоваться в работах по истории русской общественной мысли в первой половине XIX в., в частности, при обращении к истории становления русского национального самосознания, русской религиозной мысли, при изучении общественных настроений при Николае I, а также при исследовании культурного взаимодействия России и Европы.

Апробация работы. Результаты исследования докладывались и обсуждались в 2004 – 2007 гг. на заседаниях Центра истории России в XIX в. РАН.

Источниковая база настоящей работы определена целями и задачами диссертационного исследования. Взгляды мыслителя реконструированы в работе на основании его творческого наследия, большая часть которого опубликована1.

Основу произведений Чаадаева составил цикл Философических писем, а также переписка с разными лицами2. Важнейшим источником для реконструкции мировоззрения Чаадаева являются также его произведения публицистического характера, в которых представлена реакция мыслителя на важные события и явления общественно-политической жизни России и Европы. Еще один ценный источник, известный как «Отрывки и разные мысли» П.Я.Чаадаева, представляет собой сборник небольших по объему отрывков преимущественно на религиозные, философские и исторические темы.

Для изучения биографии и мировоззрения мыслителя, а также интеллектуальной атмосферы эпохи использовались архивные материалы: документы ГАРФ из фондов III Отделения С.Е.И.В. Канцелярии (Ф. 109), Рукописного отделения библиотеки Зимнего дворца (Ф. 728), фонда императора Александра I (Ф. 679) и фонда Олсуфьевых (Ф. 1019); документы РГВИА из Коллекции формулярных списков (Ф. 489) и фонда Канцелярии дежурного генерала Главного штаба Е.И.В. (Ф. 36); документы РГАЛИ из фондов П.Я.Чаадаева (Ф. 546), М.О.Гершензона (Ф. 113) и издательства «Academia»; документы из архивов М.И.Жихарева (Ф. 103), А.И.Герцена и Н.П.Огарева (Ф. 69) в НИОР РГБ; документы ЦИАМ из фонда церквей Сретенского сорока г. Москвы (Ф. 2126).

Значительный интерес для изучения обстоятельств биографии Чаадаева, черт его мировоззрения и настроений современного ему образованного общества представляют также опубликованные материалы официальных инстанций3

и воспоминания и переписка современников П.Я.Чаадаева4.

Степень изученности темы: отечественные и зарубежные исследователи истории русской общественной мысли XIX в. непременно интересовались творческим наследием П.Я.Чаадаева. Еще современники давали противоположные оценки его взглядам, заостряя внимание на каком-либо одном аспекте, выражая недовольство или восхищение. Эту традицию продолжили исследователи, зачастую обращаясь к его наследию скорее с полемическим, нежели с научным интересом.

Одной из первых идеологических оценок Чаадаева, появившихся в печати, стал отзыв А.И.Герцена, вписавшего мыслителя в историю русского освободительного движения. Он писал, что первое Философическое письмо «прозвучало подобно призывной трубе; сигнал был дан, и со всех сторон послышались новые голоса; на арену вышли молодые бойцы, свидетельствуя о безмолвной работе, производившейся в течение этих десяти лет»5.

Эта точка зрения, основанная на общественном эффекте, вызванном публикацией первого Философического письма, определила направление изысканий авторов, связанных с освободительным движением, и задала тон советскому чаадаевоведению. Однако общественная значимость выступления П.Я.Чаадаева по-разному оценивалась сторонниками этого подхода. Так, Н.Г.Чернышевский указывал, что письмо не превосходило по общественному значению аналогичные статьи Надеждина и Белинского6. Более высокого ранга в рядах освободительного движения удостоил Чаадаева Г.В.Плеханов. По его словам, тот был западником и прогрессистом, принадлежал к «идейному» освободительному движению, хотя и был мистиком7.

Исследователи более умеренных взглядов оценивали П.Я.Чаадаева в ином ракурсе. Философ, литературный критик, «почвенник» Н.Н.Страхов считал Чаадаева «первым последовательным западником»8. Чаадаев, по словам Страхова, полностью отрицал русскую жизнь и видел единственное спасение в том, чтобы «перевоспитать себя, принять все от Европы, до глубочайших основ духовной жизни». Эта точка зрения, общая для многих публицистов того времени, стала одной из отправных в чаадаевоведении.

Дореволюционные авторы воспринимали «западничество» Чаадаева в его духовной ориентации – в обращении мыслителя к католицизму и европейскому просвещению. О западных источниках взглядов Чаадаева писал и П.Н.Милюков. Заключительные страницы его работы «Главные течения русской исторической мысли» стали первым научным обзором философии Чаадаева, тогда как предыдущие исследования носили скорее публицистический характер9. «Основную концепцию Чаадаева» Милюков считал «традиционно-христианской». По мнению Милюкова, Чаадаев изначально заимствовал идеи у католического Запада эпохи Реставрации, в особенности у Ж. де Местра и Л. де Бональда, а позже – у Ф.В.И.Шеллинга.

Других исследователей такая трактовка не удовлетворяла. По утверждению либерала, историка литературы А.Н.Пыпина, Чаадаев не принадлежал ни к западникам, ни к славянофилам. Он был скептиком, сурово обличавшим недостатки русской жизни «среди самодовольного общества»10.

С мнением о крайнем западничестве Чаадаева не был согласен и Н.А.Рожков – историк, товарищ министра Временного правительства, меньшевик. Он поместил П.Я.Чаадаева в группу «светских» шеллингианцев. Чаадаев, по мнению Рожкова, был предшественником не только западников, но и славянофилов, поскольку ему, «кроме искренней религиозности, <…> был свойственен не менее чем славянофилам, русский мессианизм» 11.

Представители «русского духовного ренессанса» отмечали, что Чаадаев, обращаясь к судьбам христианского человечества, пытался открыть русскую национальную идентичность. Историк, философ, публицист М.О.Гершензон стремился раскрыть Чаадаева через его личные переживания. В трактовке Гершензона Чаадаев представал как «христианский философ», но, вместе с тем, и как «социальный мистик». Идея Чаадаева о том, что «вся история христианских народов есть в сущности религиозная история», легла в основу русского национального самосознания12.

Как явление глубоко русское, сопричастное становлению русского самосознания, оценивал Чаадаева Д.С.Мережковский. О характере религиозности Чаадаева он писал: «…выйдя из Православия, Чаадаев не вошел в католичество», поскольку верил в особое, отличное от Европы и Византии, всемирное предназначение России. Он видел спасение России «в новом, еще миру неведомом раскрытии тех начал религиозной общественности, Церкви как Царства Божьего на земле, которые заключены в Благовестии Христовом»13.

Изучение истории русской мысли и в этом контексте обращение к творческому наследию П.Я.Чаадаева после 1917 г. продолжалось в эмиграции. Богослов, философ и историк Г.В.Флоровский считал Чаадаева одним из первых представителей русской философии. Ее основной темой стала историософия «русского исторического своеобразия», которое было осознано как различие в религиозных судьбах России и Европы. Именно так вопрос был поставлен у П.Я.Чаадаева. О «западничестве» Чаадаева Флоровский писал, что тот был «религиозным западником», тогда как западничество в 1830-е годы уходило в атеизм и позитивизм14.

Философ, богослов, историк русской философии В.В.Зеньковский писал о Чаадаеве как о христианском философе, создававшем «богословское построение по вопросам философии истории, философии культуры»15. Основная богословская идея Чаадаева виделась ему как «идея Царства Божьего, понятого не в отрыве от земной жизни, а в историческом воплощении, как Церковь». Взгляд на Россию, по словам Зеньковского, отнюдь не стоит в центре учения Чаадаева, а является логическим выводом из его общих идей философии христианства.

В СССР эти изыскания эмигрантов вовсе не принимались. Советская историческая наука создала собственную историю русской общественной мысли. В исторической памяти выживали лишь «прогрессивные» деятели, и в этом отношении Чаадаеву повезло.

Публикация в 1935 г. всего корпуса Философических писем, как это ни парадоксально, лишь утвердила уверенность советских исследователей в направленности мысли Чаадаева против самодержавия и на обновление социально-политического строя16. Его называли «одним из ранних и выдающихся революционных мыслителей», «дворянским революционером», «радикальным просветителем» или же «дворянским просветителем». В то же время утвердилось и представление о Чаадаеве-западнике, причем западничество воспринималось непременно в социально-политическом контексте17.

В 1965 г. вышла первая книга о Чаадаеве в серии «Жизнь замечательных людей», написанная литературоведом, историком русской общественной мысли А.А.Лебедевым. Наперекор устоявшейся идеологии, Лебедев предпочитал Чаадаева «личного» Чаадаеву «общественному». По его словам, Чаадаев проповедовал уход от «суетного мира» в самоусовершенствование, в «сферу личного бытия», и стал родоначальником общественно-политического нигилизма и индивидуализма18.

Это был вызов, брошенный официальной советской идеологии. С критической статьей выступил академик Н.М.Дружинин. Он писал, что Лебедев не смог осветить духовной эволюции Чаадаева в 1830–50-е гг. и не достиг «уровня объективно-научного понимания философии Чаадаева». По его словам, Чаадаев, «сохранив верность своим идеалам политической свободы и гражданского равенства», не выбрал революционного пути и, как и «часть дворянской интеллигенции» того времени, не пошел за декабристами19.

С более резкой критикой выступила историк Ф.И.Берелевич, выразив квинтэссенцию советского чаадаевоведения: «А.С.Пушкин, В.Г.Белинский, А.И.Герцен, потом Н.Г.Чернышевский, В.Г.Плеханов горячо приветствовали «Письмо» за беспощадную критику николаевского режима, крепостничества, господствующей православной церкви, «теории официальной народности», не соглашаясь одновременно с нигилизмом Чаадаева в оценке прошлого России и с его религиозно-философской концепцией. В критической части письма увидели указанные лица его объективно-прогрессивное значение. В основном на таких же позициях стоят и советские чаадаевоведы». Лебедев же «по какой-то странной болезни зрения» не заметил в письмах постановки социальных проблем20.

Когда в 1991 году было опубликовано итоговое двухтомное собрание сочинений П.Я.Чаадаева, автором вступительной статьи к изданию стал известный чаадаевовед, историк философии и общественной мысли З.А.Каменский. Для него «концепция России, выдвинутая в «Философических письмах», являлась «первым в истории общественной мысли документом русского национального самосознания, в котором осмысление ведется в широком философско-историческом контексте». Однако мысль Чаадаева в интерпретации Каменского глубоко парадоксальна. Этот парадокс заключается в противоречии научно-рациональной и религиозно-иррациональной составляющих воззрений Чаадаева21.

Первым против традиционной трактовки П.Я.Чаадаева в духе Герцена и Плеханова выступил Б.Н.Тарасов – автор второй книги о П.Я.Чаадаеве в серии «Жизнь замечательных людей» (1986 г.), публикатор собрания статей и писем П.Я.Чаадаева. В статье «В плену короткомыслия» он полемизировал в том числе и с З.А.Каменским, указывая, что «Чаадаев совсем не вписывается в маргинальный ряд секуляризованно-демократического направления отечественной философии и литературы, а принадлежит к ее основному стволу, для деятелей которого христианство составляло не только культурно-исторический, но и жизненно-практический стержень»22.

Современные исследователи отмечают, что значение Чаадаева в истории русской общественной мысли во многом состояло в его критике николаевской эпохи23. Распространенным остается мнение, что Чаадаев по сути никогда не изменял своих критических взглядов по отношению к России, а версию об изменении позиций он использовал лишь для того, чтобы обезопасить себя24.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
 

Похожие работы:







 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.