авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |

Парламент и политическая культура в англии второй половины xvi – начала xvii в.

-- [ Страница 1 ] --

На правах рукописи

Дмитриева Ольга Владимировна

Парламент и политическая культура в Англии второй половины XVI –

начала XVII в.

Специальность 07.00.03 – всеобщая история (средние века)

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

Москва, 2011

Работа выполнена на кафедре Истории Средних веков и раннего Нового времени Исторического факультета Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова

Официальные оппоненты:

Доктор исторических наук, профессор Галина Ивановна Зверева

Доктор исторических наук, профессор Сергей Витальевич Кондратьев

Доктор исторических наук Марина Владимировна Винокурова

Ведущая организация: Санкт-Петербургский государственный университет

Защита состоится 7 декабря 2011 г. в 16 часов на заседании диссертацион -ного совета Д 501.002.12 при Московском государственном университете им. М.В. Ломоносова по адресу: 119992, ГСП -2, Москва, Ломоносовский проспект д. 27, корп. 4, МГУ, Исторический факультет, ауд. А-416.

.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке МГУ им. А.М. Горького (Ломоносовский проспект, д. 27).

Автореферат разослан _________________ 2011 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

Кандидат исторических наук, доцент Т.В. Никитина

Общая характеристика работы

Диссертационное исследование посвящено английскому парламенту втор. пол. XVI - нач. XVII в., его институционным параметрам, месту в политической системе и роли в формировании политической культуры общества.

Актуальность изучения данной темы обусловлена растущим интересом историков к исследованию природы государства и специфики политической культуры Раннего Нового времени. Английский парламент - один из немногих представительных органов, который продолжал успешно функционировать в период повсеместного упадка подобных институтов и явно обозначившейся тенденции к формированию абсолютистских режимов в Европе. Его роль в государственно-политической системе определялась тем, что этот орган представлял собой публичный форум, способствовавший регулярному диалогу власти и общества, место встречи представителей социально-политических элит разных уровней, которые получали возможность обсудить насущные политические вопросы и найти пути решения острых проблем. Активная законотворческая деятельность парламента позволяла локальным сообществам, профессиональным корпорациям и отдельным личностям реализовать их потребности, превращая этот институт в важный механизм обеспечения стабильности политического режима.

Среди современных подходов к изучению этого органа доминируют политический (рассматривающий парламент в контексте актуальных проблем того или иного правления) и институционный. Между тем, очевидно, что обращение к парламенту способно дать существенное приращение знания в сфере, которая переживает в последние десятилетия период бурной экспансии, - в исследовании природы власти и ее «коммуникативной» функции. Для власти парламент представлял собой уникальную «сцену», позволявшую реализовать ее политические цели и репрезентационную стратегию. Здесь периодически подтверждалась легитимность действующей власти, вырабатывался консенсус относительно правовых начал, на которых она покоилась, и принципов конституционного устройства, проявлялся «корпоративный» или «абсолютистский» характер монархии, очерчивались ее функции, прерогативы, взаимные права и обязанности монарха и его подданных. Он имел самое непосредственное отношение к тому, что подразумевается под «социокультурным способом властвования», призванным обеспечить порядок и подчинение мирными средствами.



Однако к середине XVII в. политическая стабильность была утрачена, и парламент оказался одной из сторон в конфликте с монархией, который привел к падению последней. С этой точки зрения, обращение к парламентам рубежа XVI-XVII вв. весьма актуально в контексте изучения причин Английской революции. Эта тема остается предметом нескончаемых дискуссий и все новых интерпретаций в современной исторической науке. В последние десятилетия англо-американской литературе присуща тенденция к подчеркнутому отрицанию каких бы то ни было связей между политическим развитием парламентов тюдоровской эпохи (якобы всецело проникнутых духом сотрудничества с короной) и бурными стюартовскими сессиями, что делает практически необъяснимым смену атмосферы и втягивание парламента в конфликт с монархией. Обращение к парламентам втор. пол. XVI – нач. XVII в. и тому наследию, которое депутаты стюартовской поры получили от своих предшественников, может существенно уточнить наши представления о природе политического кризиса 1640-х гг.

Изучение парламента дает уникальную возможность проникновения в суть политической культуры и политической ментальности английского общества Раннего Нового времени. Под «политической культурой» в работе подразумевается совокупность идей, представлений, мифов, «политических языков», ценностных установок и практик, присущих тому или иному обществу. Все это находило отражение в ритуалах, дебатах, в повседневной деятельности и процедурных нормах парламента. Этот форум предоставлял возможность выказываться по самым разным вопросам. Голоса депутатов дошли до нас благодаря сравнительно высокой сохранности парламентских записей, обращение к которым позволяет историку увидеть английскую «политическую нацию» в действии, оценить ее интеллектуальное оснащение и нравственные императивы, которыми она руководствовалась. Выступления парламентариев дают представление о том, какой они видели английскую «политию», каковы были их представления о власти, правовых основах и специфике их государственности. Важно то, что парламентские памятники позволяют реконструировать эти представления не на уровне высокой теории, представленной отдельными политическими трактатами, а в том виде, в котором они бытовали в повседневной практике и в политическом дискурсе. Изучение парламентского дискурса, «политических языков», к которым прибегали в дебатах, топосов и метафор, открывает перед исследователем широкие перспективы в исследовании политической культуры. Язык парламентских дебатов не только отражал политическую ментальность общества. Парламент в свою очередь формировал ее, благодаря тому, что служил «точкой контакта» между многочисленными представителями различных элит.

Несмотря на то. что в последние десятилетия понятие «политическая культура» все чаще встречается в работах британских историков, посвященных Раннему Новому времени (Д. Хоак, К. Шарп, П. Фидлер, Н. Филипсон, К. Скиннер, Дж. Покок, М. Пелтонен, Э. МакЛарен, Н. Меарс и др.), к парламенту как к институту оно не применялось последовательно и не становилось отправной точкой в поисках методологических подходов к его изучению.

Хронологические рамки исследования охватывают преимущественно втор. пол. XVI- нач. XVII, десять парламентов (тринадцать сессий) эпохи правления Елизаветы Тюдор с 1559 по 1603 г. К первому парламенту Якова I Стюарта (1604-1610) и другим стюартовским сессиям автор обращается в тех случаях, когда этого требует оценка того или иного явления в парламентской практике, зародившегося в елизаветинскую эпоху и имевшего важные политические последствия в дальнейшем. Сходным образом используется предшествующий материал, относящийся к тюдоровским сессиям первой половины XVI в. и к средневековым парламентам.

Выбор хронологических рамок определяется важностью елизаветинской эпохи с точки зрения институционного развития парламента и ее вкладом в формирование политической культуры. Именно с этим периодом связаны окончательная унификация процедуры законотворчества, утверждение в сознании депутатов представлений об их специфических свободах и фиксация последних.

Елизаветинская эпоха породила комплекс трактатов о парламентской процедуре, в которых нашли отражение новые историко-политические мифы о древности парламента и его привилегий. В это время палата общин стала претендовать на расширение своей судебной юрисдикции и настаивать на праве контроля за результатами парламентских выборов. Как отправление сугубо технических функций, так и осуществление депутатами роли «советников» государя, порождали трения между парламентариями и короной и полемику об их прерогативах. Именно накопления елизаветинской поры определяли облик английского парламента Раннего Нового времени. Первые десятилетия XVII в., по сути, не были отмечены радикальными новациями в его политической культуре, они лишь стали свидетелями острой полемики о принципах, которые в елизаветинскую эпоху воспринимались как норма.

Выбор хронологических рамок исследования продиктован также состоянием источников. Подход к теме, заявленный в работе, предполагает обращение к текстам, звучавшим в стенах парламента. Однако состояние парламентских записей до середины XVI столетия не позволяет этого. Более или менее регулярные записи дебатов появляются не ранее второй половины XVI в., что оправдывает обращение главным образом к елизаветинской эпохе.

Степень изученности проблемы. В исторической литературе, посвященной парламенту, вплоть до сер. XX в. доминировали подходы, уходившие корнями в XVII-XVIII вв., в период формирования британской конституционной системы, последовавший за Славной революцией, отмеченный полемикой вигов и тори относительно роли монархии и парламента в событиях английской революции сер. XVII в. На протяжении XVIII-XIX вв. в политической и исторической мысли господствовал либеральный миф о парламенте как краеугольном камне английской демократии и колыбели европейских политических свобод, органе, воплощавшем дух народной свободы и противостоявшем абсолютистским притязаниям монархической власти (Э. Берк, Г. Галлам, Э. Фримен, Ф. Пэлгрейв, У. Стеббс). Его критика с торийской стороны (Д. Юм) не умела успеха. Тем не менее, усилиями Ф.У. Мэтленда и его последователей критическое направление выработало иную парадигму, трактуя парламент как порождение королевской власти, «совет» и «суд» короля, неотъемлемую часть политико-административной системы (Дж. Адамс, Дж. Болдуин, Ч. Мак Илвейн). При этом оба направления роднило то, что парламент рассматривался исключительно через призму конституционной или политической истории. Сходными были подходы к этому институту отечественных историков XIX – нач. XX в. (Т. Н. Грановского, Н.И. Кареева, М.М. Ковалевского, П.Г. Виноградова, Д.М. Петрушевского, К.А. Кузнецова).

Начало XX в. ознаменовалось поиском новых подходов к истории парламента. Этот период был отмечен подъемом социологических наук и влиянием марксизма с его интересом к социальной истории. Полемика о природе Английской революции отразилась на интерпретацияи истории тюдоровских парламентов. В рамках либеральной парадигмы елизаветинскую палату общин стали рассматривать как «школу» будущей парламентской оппозиции короне (У. Ноутстейн), которая постепенно перехватывала инициативу в политике у королевских министров. В британской истории парламента в 20-30 гг. возобладал принципиально новый «биографический» подход, получивший теоретической обоснование в трудах Л. Нэмира, А.Ф.Т. Полларада и Дж. Нила. Он был связан с новыми формами организации науки и возникновением группы «История парламента» на базе Лондонского Института Исторических Исследований, которая занялась сбором просопографических данных о депутатах парламентов Средневековья и Раннего Нового времени. Несмотря на расхождения в теоретико-методологических принципах его основателей (Нэмир не принимал социологических обобщений, противопоставляя им индивидуализирующий метод в истории, настаивая на уникальности человеческой личности и отрицая закономерности в историческом процессе, в то время как Нил был склонен к генерализации и созданию коллективного социокультурного портрета депутатского корпуса в ту или иную эпоху), «биографический подход» открыл социальное измерение в парламентской истории и показал возможности применения к ней методов исторической антропологии.





Дж. Нил был зачинателем и институционного изучения палаты общин. Его работы по политической истории елизаветинских парламентов стала квинтэссенцией либеральной вигской историографии. В то же время они несли на себе отпечаток дискуссий о судьбах английского дворянства в XVI-XVII вв. и об истоках Английской революции. По мнению Нила, в палате общин, где было представлено «поднимающееся» джентри, сформировалась пуританская оппозиция короне, постоянно оппонировавшая ей в религиозных, политических и финансовых вопросах, чуткая к нарушениям парламентских свобод. Елизаветинские парламенты стали эпохой накопления сил и политического опыта перед решающим столкновением парламента и монарха в XVII в.

В 1960-х гг. эта теория подверглась резкой критике со стороны зарождавшегося «ревизионистского» направления. Философские и методологические основы «ревизионизма» были обусловлены реакцией на влияние марксизма в послевоенный период и сближение с ним либеральных историков, увлеченных социальными исследованиями. Отрицание «телеологизма», причинно-следственных связей и возможностей социологических обобщений было свойственно зачинателю «ревизионизма» Дж. Элтону, выдвинувшему собственную трактовку парламентской истории Раннего Нового времени. Согласно ей, отношения короны и парламента следовало характеризовать в терминах консенсуса и сотрудничества, а не конфликта и оппозиционности. Парламент как часть административного механизма тюдоровского государства не мог быть орудием оппозиции, его деятельность направляли королевские министры, опиравшиеся на своих клиентов в палате общин, поскольку отношения патроната, присущие обществу той эпохи, проникали и в парламент. Политическая составляющая в его деятельности не играла важной роли, в то время как суть его работы составляло законотворчество.

В нач. 1970-х гг. вызов «ревизионизма» был поддержан и специалистами по истории XVII в. в их полемике с «вышедшим из моды» (по их выражению) либерализмом и со «старой марксистской гвардией» относительно причин и характера Английской революции (К. Расселл, К. Шарп). Они настаивали на том, что историю парламента в XVI – нач. XVII вв. не следует рассматривать как прелюдию к гражданским войнам и «верстовые столбы» на пути к конфликту с Карлом I. Роль парламента в эскалации этого конфликта не была решающей, поскольку политика вершилась не в Вестминстере, а в графствах, подлинным же яблоком раздора были не конституционные доктрины и привилегии, о которых парламент спорил с королем, а финансовый вопрос, обострившийся в условиях военного времени. «Ревизионистскому» направлению свойственен подчеркнутый отказ от изучения социальной природы парламента, идейной и интеллектуальной составляющих его деятельности, отрицание оппозиционности в парламентах рубежа XVI-XVII вв. и вообще всякой связи между елизаветинской и стюартовской эпохами в развитии этого учреждения. Под вопрос ставилось и само определение парламента как института (К. Расселл), ввиду дискретности его существования. Тем не менее, последователи Дж. Элтона активно занялись изучением институционных параметров парламента (М. Грейвз, Д. Дин, Ш. Ламберт, Х. Миллер, Н. Джонс и др.). Этот подход обогатил парламентскую историю, существенно уточнив представления историков о сути законотворческой и судебной деятельности и процедурных нормах парламента. Тем не менее, превращение «ревизионистского» подхода в новую ортодоксию и идеологизированность его полемики с «вигами» в свою очередь вызвали огонь критики (Т. Хартли, П. Коллинсон, Дж. Хекстер, М. Кишлянски).

В отечественной историографии XX в. интерес к английскому парламенту был связан главным образом со средневековым этапом его истории. Первопроходцем в этой области была Е.В. Гутнова, рассматривавшая политическую историю парламента через призму социального анализа кризисов в отношениях между властью и обществом, которые привели к складыванию этого сословно-представительного органа. Тема взаимоотношений различных сословий и королевской власти была развита в работах ее учеников (Л.П. Репиной, Г.А. Дребушевской, Н.О. Майоровой). Различных аспектов парламентской истории с контексте исследований социальной структуры английского общества касались В.И. Золотов, Ю.И. Писарев.

Теоретическое осмысление сословно-представительной монархии как специфического этапа в развитии европейской государственности на французском материале осуществлено в работах Н.А. Хачатурян и С.К. Цатуровой. Появились работы по истории представительных учреждений Германии (М.А. Бойцов), пиренейских государств (И.С. Пичугина, В.В. Ведюшкин, В. Кучумов), Шотландии (Д.Г. Федосов), Скандинавских государств (А.А.Сванидзе), различных регионов державы Габсбургов (Т.П. Гусарова), Нидерландов (Г. А. Шатохина-Мордвинцева).

Однако при всем интересе отечественных англоведов к истории Раннего Нового времени, в частности, к проблемам английской революции, монографических работ, посвященных парламенту XVI-XVII в., так и не появилось. Это относится и к парламентам тюдоровского периода, которые интересовали специалистов, как правило, в самом широком контексте исследований, связанных с проблемами Реформации (В.В. Штокмар, А.В. Исаенко). Парламент как предмет осмысления в общественно-политической мысли XVI-XVII вв. фигурировал в работах Ю.М. Сапрыкина и Б.А. Каменецкого. На новом уровне исторического знания к проблемам восприятия парламента в исторической и политической мысли тюдоровской и стюартовской Англии обращаются С.В. Кондратьев, А.Ю. Серегина, А. Паламарчук. Некоторые аспекты институционного развития парламента затронуты в работах Л.М. Волосниковой. К участию английской аристократии в работе парламента обращался в своих социокультурных исследованиях С.Е.Федоров.

На рубеже XX-XXI вв. исчерпанность потенциала «ревизионистского» подхода к изучению парламента как сугубо бюрократического органа стала очевидна. Симптомом расширения исследовательского поля стало возвращение историков Раннего Нового времени к проблемам политической истории и роли в ней парламента (У. МакКаффри, Дж. Гай, С. Элфорд, Дж. Элсоп, Л. Л. Пек, П. Лейк, М. Брэддик), общественного сознания (Дж. Соммервилль, Г. Берджесс, П. Коллинсон, К. Шарп, Р. Так), исторических представлений (П. Крофт. Д. Келли), ритуала (Д. Дин), стремление к компаративным исследованиям (М. Грейвз, Х. Кенигсбергер), изучение ментальности отдельных профессиональных групп и социальных «сетей» в парламенте (П. Кристиансен, С. Адамс). Наметилось явное стремление преодолеть бинарную оппозицию «вигского» и «ревизионистского подходов» и найти пути к новому синтезу в сфере парламентской истории.

Данная работа – попытка осуществить такой синтез, и, не отвергая возможностей институционного подхода, вернуть в историю парламента XVI-XVII вв. социальное, политическое и интеллектуальное измерения.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
 

Похожие работы:










 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.