авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:   || 2 | 3 |

Памятники финальной бронзы нижнего подонья исторические науки:

-- [ Страница 1 ] --

УЧРЕЖДЕНИЕ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК

ИНСТИТУТ АРХЕОЛОГИИ РАН

На правах рукописи

Потапов Вадим Валерьевич

ПАМЯТНИКИ ФИНАЛЬНОЙ БРОНЗЫ НИЖНЕГО ПОДОНЬЯ

Исторические науки:

Специальность 07.00.06 – археология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Москва

2010

Работа выполнена в отделе бронзового века Учреждения Российской академии наук Института археологии РАН.

Научный руководитель: Доктор исторических наук

Максименко Владимир Евгеньевич

Официальные оппоненты:

Доктор исторических наук Пряхин Анатолий Дмитриевич

Кандидат исторических наук Вальчак Сергей Борисович

Ведущая организация:

Южный научный центр Российской академии наук

Защита состоится 21 мая 2010 г. в 11 часов на заседании диссертационного совета Д002.007.01 по защите докторских и кандидатских диссертаций при Учреждении Российской академии наук Институте археологии РАН по адресу Москва, ул. Дм. Ульянова, 19.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Учреждения Российской академии наук Института археологии РАН.

Автореферат диссертации разослан « 6 » «апреля » 2010 г.

Учёный секретарь диссертационного совета,

доктор исторических наук Дэвлет Е.Г.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования. Эпоха поздней бронзы и сменившая ее эпоха железа кардинально отличаются друг от друга. Археологические материалы демонстрируют не только отличия в погребальном обряде, типах вещей, но и заметное изменение набора артефактов. Меняются и условия жизни, быт, хозяйство населения степи. Главное содержание этих перемен – переход от оседлых в целом форм ведения скотоводческого хозяйства к кочевой. Переход этот осуществляется в самом конце эпохи поздней бронзы – в финальную бронзу. Именно общества и культуры этого времени несут черты обеих эпох. От эпохи поздней бронзы остаются признаки оседлого быта – наличие поселений, численность которых все же сокращается, находки орудий земледелия и бронзолитейного производства. В предшествующую эпоху своими корнями уходят архитектура строений и типология керамической посуды, формы орудий труда (ножей, серпов, кельтов) и т.д. Вместе с тем, уменьшение количества поселений и погребений, особенно в Доно-Донецкой и Поволжской степи, упрощение технологии домостроительства, изменение состава стада в пользу овцы и лошади, возрастание подвижности скотоводческого хозяйства являются проявлением тех тенденций, которые в полной мере находят свое развитие в начале раннего железного века. Аналогичные тенденции проявляются и в материальной культуре – ослабевает унификация погребального обряда, все чаще на финальнобронзовых памятниках находят наконечники стрел, костяные детали конской упряжи, оселки, бронзовые разнотипные бляшки и т. д.

Вектор указанных процессов на всей территории восточноевропейской степи очевиден, однако, протекание их в различных областях имело свои особенности. Одна из них заключается в различном культурном наполнении отдельных территорий. Выделены культуры финальной бронзы (белозерская, хвалынская, кобяковская и др.), уточнена их хронология и т. д. Вместе с тем, степная полоса наполнена памятниками этого периода крайне неравномерно, а культуры не охватывают ее полностью. В ряде случаев очевидна диспропорция между бытовыми и погребальными памятниками. В некоторых регионах проблемы не только культурной идентификации финальнобронзовых памятников, но и выделения таковых далеки от своего решения.





Одним из ключевых регионов в изучении проблем финальной бронзы степного юга Восточной Европы является Нижний Дон. Динамика и интенсивность этнокультурных процессов, в том числе и в рассматриваемое время, во многом обусловлена расположением этой культурно-исторической области на стыке обширных природно-географических зон и крупных историко-географических территорий – лесостепного Подонья, Поволжья, Северного Кавказа и Днепро-Донецкого региона. Расширение источниковой базы создает предпосылки для проведения обобщающего исследования, важность которого очевидна, поскольку ранее подобных попыток не предпринималось.

Цель и задачи исследования. Основной целью работы является комплексная характеристика периода финальной бронзы бассейна Нижнего Дона, определение его места в системе древностей степной зоны Восточной Европы. Достижение поставленной цели возможно при реализации следующих задач:

- обобщение результатов исследований прошлых лет и их оценка;

- введение в научный оборот новых источников, а также пересмотр хронологической атрибуции памятников с целью пополнения свода источников;

- культурная атрибуция памятников финальной бронзы Нижнего Дона;

- разработка проблем периодизации и хронологии памятников и культур;

- определение направления культурных связей и взаимодействий;

- оценка хозяйственно-бытового уклада.

Особенности решения этих задач заключаются в том, что памятники финальной бронзы на рассматриваемой территории оставлены двумя разнородными группами. Во-первых, это хорошо известная кобяковская культура (Шарафутдинова Э., 1971; 1980). Наблюдения и выводы, опубликованные Э.С. Шарафутдиновой, актуальны и до настоящего времени. Вместе с тем, значительное пополнение источниковой базы позволяет дополнить и откорректировать характеристику этой культуры. Анализируя кобяковские материалы, автор уделяет основное внимание тем вопросам, которые могут быть уточнены в связи с появившимися новыми материалами или научными разработками. Значительную часть территории занимают поздневаликовые1 памятники, оставленные наследниками срубной культурно-исторической общности. Деление объекта исследования на различные по культурной принадлежности группы и памятники определило структуру настоящего исследования.

Методология и методика. Методологической основой исследования является принцип историзма, предполагающий рассмотрение явления в возникновении и развитии, с учетом динамики исторического процесса. Методика исследования включает в себя традиционные для археологии способы анализа источников. При изучении керамики, погребального обряда и инвентаря, приемов домостроительства применялись традиционные археологические методы сравнительной типологии и статистики при использовании картографических методов. Датировка типов вещей и отдельных экземпляров и базирующиеся на них хронологические построения основываются в основном на поиске аналогий в датированных памятниках и комплексах различных культур. Учтены результаты палеоантропологических и археозоологических определений.

Географические рамки исследования охватывают часть бассейна реки Дон в его нижнем течении, т.е. от устья р. Чир и г. Калач-на-Дону до устья Дона. Из рассматриваемого региона исключаются районы, расположенные в лесостепи – верховья Егорлыка и бассейн Северского Донца в его среднем и верхнем течении. Органической частью этого региона являются бассейн Таганрогского залива, в древности представлявший собой донскую долину.

Хронологические рамки исследования замыкаются на периоде финальной бронзы. Материалы памятников и культур этого периода восточноевропейской степи синхронизируются с белозерской культурой. Дата её по центрально- и южно-европейским, и другим аналогиям устанавливается в рамках XII-X вв. до н. э. согласно схеме А.И Тереножкина / Г.И. Смирновой.

Источниковедческой основой исследования являются материалы 29 кобяковских и 40 поздневаликовых погребений, 4 кобяковских и 6 поздневаликовых поселений. Раскопки Хапровского и Мокрочалтырского поселений, кобяковского некрополя и шести поздневаликовых погребений осуществлялись при активном участии автора. Кроме того, автор руководил раскопками на поселении Смела IV и курганном могильнике Целинский III. В работе в качестве иллюстративного и опорного материала использованы памятники других, в первую очередь, смежных регионов. В ходе работы над диссертацией изучались коллекции и архивные материалы, хранящиеся в фондах и архивах музеев, лабораторий ВУЗов, научно-исследовательских учреждений и органов охраны памятников городов Москвы, Ростова-на-Дону, Саратова, Ставрополя, Энгельса, Азова, Таганрога, Волгодонска, Аксая, Краснодара. Бльшая часть коллекций изучена автором лично.

Научная новизна исследования обусловлена тем, что ранее не предпринималось попыток создания сводных работ по археологии финальной бронзы региона. Впервые обобщены и систематизированы все известные материалы, и предложена их культурно-хронологическая интерпретация. Рассмотрены региональный и межрегиональный аспекты соотношения и взаимодействия культур и их носителей. В научный оборот вводятся новые источники. В работе показано своеобразие финальной бронзы региона, обусловленное этнокультурной неоднородностью его населения. Сравнительный анализ, разработка проблем хронологии и периодизации позволили определить место материалов Нижнего Дона в системе финальнобронзовых древностей юга Восточной Европы.

Практическая ценность работы. Результаты исследования могут быть использованы при подготовке обобщающих работ, написании моногра­фий и статей по первобытной истории, создании сводов археологических па­мятников и ар­хеологических карт; учтены при разработке охранных меро­приятий на объектах культурного наследия, включены в соответствующие спецкурсы и пособия для студентов исторических факультетов. Целесооб­разно их привле­чение при осуществлении экспозиционно-музейной и лекци­онно-пропаганди­стской деятельности, организации научно-популяризатор­ских ме­роприятий.

Структура работы подчинена целям и задачам исследования. Она состоит из введения, трех глав, заключения и приложений: свода сравнительных и статистических таблиц, списка поздневаликовых погребений, иллюстраций. Глава I посвящена истории изучения финальнобронзовых памятников региона, глава II – поздневаликовым памятникам, глава III – кобяковской культуре.

Апробация результатов исследования. Основные положения настоящей работы неоднократно обсуждались в рамках работы научных конференций в городах Перевальске (1988), Энгельсе (1997), Ростове-на-Дону (1998, 2000, 2003), Саратове (2000), Воронеже (2000), Санкт-Петербурге (2002), Москве (2003), Волгограде (2007), а также нашли отражение в 20 публикациях, в том числе в статье, вышедшей в издании, реферируемом Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки РФ.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, определяются цели и задачи исследования, кратко характеризуются основные источники и применяемые методические приемы, оценивается научная новизна работы. Кроме того, дана физико-географическая, природная и гидрографическая характеристика нижнедонского региона.

Глава I. Памятники финальной бронзы Нижнего Подонья история открытия, проблемы изучения.

В начале главы освещается истории открытия памятников финальной бронзы на Нижнем Дону. До Великой Отечественной войны исследовались поселения кобяковского типа (А.А. Миллер, В.А. Городцов, Г.А. Иноземцев), и осуществлялись небольшие раскопки на поздневаликовых поселениях в зонах строящихся водохранилищ (А.А. Миллер, В.В. Гольмстен). В послевоенные годы возобновляются раскопки кобяковских памятников (З.А.Витков, С.И. Капошина, И.С. Каменецкий), продолжавшиеся до 70-х годов (Э.С. Шарафутдинова). В 60-е годы исследуются первые финальнобронзовые погребения, а в 70-90-е годы в результате масштабных раскопок курганов их количество значительно возрастает. В последнее десятилетие XX – в начале XXI веков в Нижнем Подонье замедлился темп исследования курганов, однако большее, нежели ранее, внимание уделяется бытовым памятникам, среди которых есть и поздневаликовые. С другой стороны, возобновляются исследования кобяковских памятников – был открыт грунтовой некрополь Кобякова городища, проводятся новые исследования слоя финальной бронзы на Хапровском и Нижнегниловском поселениях. По значимости новый материал сопоставим с тем, который был использован в обобщающих исследованиях Э.С. Шарафутдиновой, что позволило вновь обратиться к проблемам этой культуры.

Проблемы изучения поздневаликовых памятников на Нижнем Дону являются составной частью проблематики степной восточноевропейской археологии финальной бронзы и не могут рассматриваться вне широкого историографического контекста. Появление понятия заключительного периода в рамках эпохи поздней бронзы связано с работами О.А. Кривцовой-Граковой, которая в 50-е годы выделила позднейшие периоды срубной культуры – хвалынский в Поволжье и белозерский и сабатиновский в Поднепровье, относительная хронология которых была уточнена позднее в результате раскопок Д.Я. Телегина на стратифицированном поселении Ушкалка.

В 60-70-е годы памятники эпохи финальной бронзы рассматривались, как правило, в контексте их принадлежности срубной культуре, большое внимание уделяется этнической и исторической интерпретации этой культуры с точки зрения генетической связи их носителей с историческими киммерийцами или скифами. В исследовании материальной культуры приоритет отдавался изделиям из бронзы, изучению комплексов готовых изделий и матриц для их отливки, типологии, культурной и хронологической интерпретации металлических вещей (Лесков А.М., 1967; 1971; 1975; Черных Е.Н., 1976). Осуществляется попытка типолого-хронологического анализа поселенческой керамики (Лесков А.М., 1970; 1971, 1975). Вопросы хронологии и периодизации, установления датировки различных типов вещей в это время становятся центральными. Предложенная А.И. Тереножкиным (1965) хронологическая схема стала основой разработанных к середине 70-х годов двух хронологических концепций. Одна из них связана с работами А.М. Лескова, который, омолаживая белозерский период, датирует его X – первой половиной VIII в. до н.э. (1971), а позднее, введя переходный сабатиновско-белозерский период, относит его ко второй половине X – первой половине VIII вв. до н. э. (1975). А.И. Тереножкин, напротив, удревнил белозерский этап до середины XII-X вв. до н.э. (1976). Эти две периодизационно-хронологические схемы, претерпевая различные модификации и уточнения, существуют и поныне.

В следующее десятилетие все эти направления получили дальнейшее развитие. Продолжается исследование металлообработки (Bokarev V.S, Leskov A.M., 1980; Leskov A.M., 1981). Хронологическая концепция А.И. Тереножкина была подтверждена Г.И. Смирновой (1985). Перекрестная датировка хронологических блоков, а также составляющих их культур, максимально полное и широкое привлечение центрально- и южноевропейских аналогий, наполнив хронологическую схему А.И. Тереножкина, позволили сделать ее настолько устойчивой, что она почти без изменений используется до настоящего времени. Намечается перелом во взглядах на культурную принадлежность финальнобронзовых памятников, обозначившийся в трех направлениях. 1. Развивается процесс вычленения из срубной культуры иных образований: сабатиновской (Шарафутдинова И.Н., 1982; 1986), белозерской (Отрощенко В.В., 1985; 1986) или белозерско-тудоровской (Черняков И.Т., 1985), хвалынской (Малов Н.М., 1987) культур. 2. Появляется тенденция к снижению верхнего хронологического порога срубной культуры и, следовательно, памятники финальной бронзы выводятся за ее пределы (Березанская С.С., Чередниченко Н.Н., 1985; Чередниченко Н.Н., 1986). 3. Культуры и группы финальной бронзы начинают рассматриваться в рамках более широкого, надкультурного образования. Е.Н. Черных обосновывает выделение общности культур валиковой керамики (1983). В 80-е годы впервые выходит исследование, в котором поздневаликовые памятники Нижнего Дона рассматриваются как самостоятельное, отдельное от кобяковской культуры, явление (Шарафутдинова Э.С., 1985).

В 90-е годы XX и в начале XXI века снижение объемов полевых исследований дало возможность обратиться к осмыслению, интерпретации и публикации добытого ранее гигантского археологического материала, что привело к существенным сдвигам в развитии науки, в том числе и той ее части, которая касается степной финальной бронзы. Абсолютную хронологию финальной бронзы, разработанную А.И. Тереножкиным и Г.И. Смирновой, можно признать устоявшейся. Разрабатывается периодизация отдельных культур и групп памятников (Ванчугов В.П., 1990; Горбов В.Н. 1991; 1993; 1994). Диспропорция между бытовыми и погребальными памятниками стимулирует поиск датированных погребений XII-X вв. до н. э. восточнее ареала белозерской культуры (Шарафутдинова Э.С, 1991; Отрощенко В.В., 1997; Потапов В.В., 1997; 1998; Ромашко В.А., 1999). Приоритетным для этого времени является установление культурной принадлежности финальнобронзовых памятников. Анализ керамического комплекса позднехвалынских поселений демонстрирует его отличие от собственно срубного (Изотова М.А., Малов Н.М., 1992; Изотова М.А., Малов Н.М., Слонов В.Н. 1993; Изотова М.А., Слонов В.Н., 1994; Изотова М.А., 1996), но культурное соотношение с другими поздневаликовыми образованиями остается неясным, четкое определение системы признаков и особенностей хвалынской культуры валиковой керамики отсутствует. Попытка решения проблем культурной атрибуции памятников финальной бронзы оформляется в ряд гипотез. Первая подразумевает срубную принадлежность таких памятников. По мнению Э.С. Шарафутдиновой (1991; 1992; 1997), в позднесрубное время по окраинам срубного пространства появляются культуры, генетически связанные со срубной – белозерская, сабатиновская и хвалынская. На остальной же территории срубная культура продолжает существовать. В.Н. Горбов, оперируя материалами поселений, разделил срубную культуру на пять горизонтов, последний из которых относится к финальной бронзе (Горбов В.Н., 1994; 1995; 1996). Другой подход к этой проблеме подразумевает, что к финальнобронзовому этапу срубная культура прекращает свое существование (Дьяченко А.Н., 1993; Алексеев А.Ю. и др., 1993; Отрощенко В.В., 1994; 1999). В.В. Отрощенко ставит вопрос о выделении локального варианта белозерской культуры, в которые он включает поздневаликовые памятники (1997; 1999; 2001; 2002). Я.П. Гершкович рассматривает такие памятники как пострубное (по времени) и многокомпонентное (по содержанию) образование, включающее местные и пришлые элементы (1998). Сторонником близкого подхода является и автор (Потапов В.В., 1998; 2001; 2003; 2005). В.Н. Горбов (1993; 1995; 1996) предложил разделить общность культур валиковой керамики на два блока культур – западный и восточный. Признаками последнего являются орнаментация керамики воротничками, доминирование валика, орнаментированного косыми крестами и сетками, ломаной линией, оттисками штампа. Западный блок характеризуют преобладание гладкого валика, наличие лощенной или заглаженной парадной посуды. Рассматривались в системе общности культур валиковой керамики и памятники Нижнего Дона (Потапов В.В., 2000). К раннему этапу отнесены 4 поселения восточного блока, а к позднему – 7 поселений восточного блока и 4 западного (кобяковской культуры).



Pages:   || 2 | 3 |
 



Похожие работы:







 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.