авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |

Викентьевич русская армия в кавказской войне xviii-xix вв.

-- [ Страница 1 ] --

РОССИЙСКАЯ АКАДЕМИЯ НАУК

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ИНСТИТУТ ИСТОРИИ

На правах рукописи.

Лапин Владимир Викентьевич

Русская армия в Кавказской войне XVIII-XIX вв.

Специальность: 07.00.02 – Отечественная история

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

Санкт-Петербург.

2008

Работа выполнена в Санкт-Петербургском Институте Истории Российской Академии наук

Официальные оппоненты:

Доктор исторических наук Исмаил-Заде Дилара Ибрагимовна

Доктор исторических наук Даудов Абдулла Хамидович

Доктор исторических наук Аранович Алексей Владимирович

Ведущая организация:

Санкт-Петербургский университет культуры и искусств

Защита диссертации состоится «25» ноября 2008 г. на заседании Диссертационного совета Д. 002.200.01 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора исторических наук при Санкт-Петербургском Институте истории Российской Академии наук (197110, Санкт-Петербург, Петрозаводская ул., д.7)

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Санкт-Петербургского Института истории Российской Академии наук

Автореферат разослан «___» _____________ 2008г.

Ученый секретарь Диссертационного совета

кандидат исторических наук П.В. Крылов

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

АКТУАЛЬНОСТЬ ТЕМЫ ИССЛЕДОВАНИЯ вытекает из потребностей развития исторической науки на современном этапе, особенностью которого является повышенный интерес к проблемам взаимоотношений армии и общества, к процессу включения Северного Кавказа и Закавказья в состав Российской империи. Этот интерес обусловлен исполнением программ реформирования вооруженных сил Российской Федерации, их применением в проведении миротворческих операций, сложной ситуацией в Кавказском регионе.

Другим обоснованием актуальности данной работы является наличие ряда дискуссионных проблем военной и политической истории России, истории национальных отношений, истории империй. Изучение действий европейской армии за пределами породившего ее социокультурного пространства позволяет судить о специфике модернизации России в XVIII-XIX вв., о функционировании государственных механизмов в условиях сильного инокультурного давления.

ОБЪЕКТОМ ИССЛЕДОВАНИЯ выбран весь комплекс вооруженных сил Российской империи, действовавший на Кавказе в XVIII-XIX вв. а также противостоявший данному комплексу противник. Это - регулярные части русской армии, Кубанское и Терское казачье войско, национальные формирования, Черноморский флот – с одной стороны, ополчения горцев и дружины кавказских «владетелей» – с другой. Термин «Кавказская война» применяется ко всей совокупности вооруженных конфликтов, имевших место в данном регионе в 1722-1877 гг.

ПРЕДМЕТОМ ИССЛЕДОВАНИЯ являются функционирование европейской армии как системы организованного насилия в неевропейских социокультурных условиях, взаимоотношения комбатантов, принадлежащих к различным военным субкультурам, процесс формирования таких субкультур, механизмы воздействия окружающей среды на военные действия, влияние специфических условий «перманентной войны» на ментальность ее участников, на их персональные и коллективные жизненные стратегии.



ЦЕЛЬ ИССЛЕДОВАНИЯ – выявить механизмы возникновения и пролонгации конфликта между военными системами, существовавшими в одну историческую эпоху, но различавшимися своими социокультурными основами.

ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЕ ЗАДАЧИ, поставленные для достижения вышеуказанной цели:

- определить место Кавказской войны в военной истории России (геополитика, причины, потери, результаты);

- рассмотреть с позиций военно-исторической антропологии военную организацию горцев Северного Кавказа и Отдельный Кавказский корпус армии России;

- оценить влияние природно-климатической и военно-технологической составляющей на ход боевых действий;

- выявить причины малой эффективности европейской стратегии и тактики в местных условиях;

- определить особенности регулярной армии России, казачьих войск и национальных формирований, способствовавшие возникновению и препятствовавшие снижению напряженности в отношении между ними и местным населением.

ХРОНОЛОГИЧЕСКИЕ РАМКИ определены задачами исследования. Начало присоединения Северного Кавказа к России было положено Персидским походом Петра I 1722-1723 гг. Завершением этого процесса по нашему мнению связано с подавлением восстания 1877-1878 гг. в Чечне и Дагестане. Развернутое обоснование хронологии – в 1-м параграфе 1-й главы.

МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Диссертация подготовлена на основе базовых принципов исторической науки, в число которых входит историзм, системность, а также идея многофакторности исторического процесса. Принцип историзма предполагает изучение исторических явлений в контексте их эпохи, что включает в себя корректный перевод ретроспективной информации на язык современной науки. В соответствии с принципом системности объект исследования рассматривается как особая система с присущей ей структурой и механизмами функционирования. Согласно идее многофакторности исторического процесса, события обуславливаются различными факторами (политическими, идеологическими, социальными, культурными, внешними и др.), соотношение которых в разных ситуациях меняется. Проблемно-хронологический подход позволил расчленить проблему на несколько составляющих, каждая из которых рассматривалась в хронологической последовательности. Структурный метод применялся при рассмотрении внутренней организации вооруженных сил России на Северном Кавказе и в Закавказье. Важнейшее место в применявшихся методиках занимает ретроспективный анализа – движение от удаленного к менее удаленному. Таким способом изучалась внутренняя логика конфликта, изменения военной субкультуры во времени. Автор отказывается от парадигмы, заимствованной современными историками из военной историографии XIX – начала XX вв., когда чрезмерное внимание уделялось событийной стороне. Все поставленные в диссертации вопросы решаются на основе системного подхода. Он предполагает изучение проблемы «европейская армия в неевропейской войне» в тесной связи с естественно-географической средой, с развитием военных технологий в широком смысле этого слова (вооружение, организация пространства войны, тактика, стратегия, военная администрация, военное право, военная экономика и пр.). Особое внимание уделялось также системе взаимоотношений в рамках воинских коллективов, а также отношениям между противниками и союзниками.

АПРОБАЦИЯ РАБОТЫ

Диссертация обсуждалась на заседаниях Отдела новой истории России Санкт-Петербургского Института истории Российской Академии Наук и была рекомендована к защите (2007-2008 гг.). Результаты исследования изложены в монографии «Русская армия в Кавказской войне XVIII-XIX вв.» (24 п.л.), учебном пособии «История Кавказской войны» (5,5 п.л.) а также в 30 статьях и других печатных работах соискателя общим объемом более 20 печатных листов. Из числа этих статей 7 опубликовано в ведущих рецензируемых журналах.

Основные положения диссертации были представлены на региональной конференции «Россия и Кавказ. Взгляд сквозь два столетия» (2001 г. Санкт-Петербург), на семинарах по истории империй Высшей школы социальных наук (2004 г. Париж), на международном коллоквиуме «Историческая память и общество в Российской империи и Советском Союзе» (2007 г. Санкт-Петербург).

СТРУКТУРА РАБОТЫ построена по проблемному принципу, что соответствует задачам исследования. Диссертация состоит из введения, пяти глав, разделенных на параграфы, заключения, списков использованных архивных фондов, опубликованных источников и литературы.

НАУЧНАЯ НОВИЗНА ИССЛЕДОВАНИЯ состоит в том, что в диссертации впервые в отечественной историографии фокус исследовательского внимания сосредотачивается на русской армии как на самостоятельном участнике вооруженного конфликта. Такой подход позволяет уйти от малопродуктивного формата дискуссии о причинах и характере Кавказской войны, формата, определенного «генеральным» вопросом: является ли она порождением внешнего воздействия (активизация России на Северном Кавказе) или же конфликт вырос на «внутренней» основе, важной частью которой была военная составляющая горского быта.

НАУЧНО-ПРАКТИЧЕСКАЯ ЗНАЧИМОСТЬ

Материалы и научные результаты диссертации могут быть использованы при написании обобщающих трудов и учебных пособий по отечественной истории, разработке курсов и спецкурсов по военной истории России XVIII-XIX вв., истории вооруженных сил России, по истории империй, социальной истории техники, военно-исторической антропологии и другим вопросам.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ.

Во ВВЕДЕНИИ приводится обоснование научной новизны и актуальности работы,

определяется предмет, цель, задачи исследования, методологические основы и научно-практическая значимость.

В первой главе «ИСТОРИОГРАФИЯ И ИСТОЧНИКИ», разделенной на два параграфа, анализируется исследовательская литература и характеризуется источниковая база диссертации.

В основе традиции, обоснованно названной «имперской», лежит утверждение о том, что присоединение Кавказа отвечало государственным интересам России, было исполнением цивилизаторской миссии на Востоке, возвращением некогда утраченных владений (Тмутараканское княжество), оказанием помощи христианам. Это направления историографии представлено П. Зубовым, Р.А. Фадеевым, Н.Ф.Дубровиным, В.А.Потто, А.Л.Зиссерманом, Н.С. Дроздовым, Н.А. Волконским, П.И. Ковалевским.1 Бесспорность тезиса о превосходстве западной цивилизации исключала признание противника равноправной фигурой (как это было в европейских войнах) и не предполагала основательного изучения горской военной культуры. Откровенный евроцентризм этих ученых сам по себе исключал глубокий анализ сущности конфликта, который сводил все к столкновению просвещенного начала с варварством. Небывалая длительность войны (даже если под таковой подразумевалась только борьба с Шамилем в 1834-1859 гг.) объяснялась природными условиями края, фанатизмом противника и, самое главное, неразумным отступлением в 1826 г. от победоносной стратегии «правильной осады», применявшейся А.П. Ермоловым. Критическое отношение к эпохе Николая I усилило внимание к субъективным факторам («виновными» в неудачах представили кавказских военачальников 1826-1856 гг.). В работах по истории Кавказа в описательном виде представлены проблемы адаптации русских войск к горной «нерегулярной» войне, характер действий горцев, казаков и национальной милиции, но практически во всех случаях это используется для обоснования вышеперечисленных историографических построений, осью которых служит схема «стратегической ошибки». Истории «кавказских» полков, написанные военными историками в конце XIX – начале XX вв. несли имперскую традицию «в массы», придавая ей большую устойчивость за счет закрепления ее положений в общественном сознании.2

Военно-антропологический подход к изучению вооруженных конфликтов вообще и Кавказской войны в частности был затруднен целым рядом обстоятельств. Топографическая локализация событий военной истории, сама специфика документов, фокусировавших внимание на передвижениях войск, подвигала авторов к сухому описанию походов и битв. Каноны военной истории ставили всех изучавших Кавказскую войну в сложное положение: бесчисленные мелкие стычки не укладывались в парадигму «событийной» традиционной военной историографии.

Советскому периоду исследования Кавказской войны дана основательная характеристика в статье В.В. Дегоева «Проблема Кавказской войны ХIХ века: историографические итоги» в «Сборнике Русского исторического общества» за 2000 г. Главным признаком этого этапа было то, что «…теоретические схемы и моральные оценки преобладали над системой доказательств». В 1930-1970-е гг. происходило тасование «антиколониального» и «антифеодального» акцентов, сопровождавшееся поиском классовых противоречий и искусственным «подъемом» уровня развития общественного устройства горцев, что позволяло говорить о классовой борьбе как подоплеке событий.3





Изучение Кавказа проходило под жесточайшим идеологическим прессом, важнейшими деталями которого были высказывания К.Маркса и Ф.Энгельса, которые «…в событиях на Кавказе … усматривали частный случай проявления международного революционного подъема против царской России, героический пример национально-освободительного движения, достойный всеобщего подражания».4 Состояние советской историографии Кавказской войны демонстрирует судьба книги Н.И. Покровского «Кавказские войны и имамат Шамиля», завершенной в 1940 г. и опубликованной только 60 лет спустя. Автор, связанный идеологическими и методологическими установками, сумел уйти от принятых штампов, рискнул некоторые из них поставить под сомнение, признавал большое значение военно-стратегического фактора в развитии событий. Покровский осторожно говорил об экономических корнях российской экспансии, не избегал упоминаний о набегах горцев, о жестокости, проявляемой обеими сторонами, и даже решался показать, что ряд выступлений горцев нельзя однозначно определять как антиколониальные или антифеодальные.5

Повышенное внимание к социальным и экономическим вопросам автоматически отодвинуло на задний план военно-культурный аспект. Тезисов о бездарности царских генералов и героизме горцев оказывалось достаточно для объяснения причин продолжительности войны. Разделение противников по социальному признаку позволяло уйти от их национальной маркировки. Авторы избегали упоминать обо всем, что могло бросить тень на горцев как братьев по классовой борьбе (набеги, кровавые междоусобицы, участие туземной знати в восстаниях). Отрицание «буржуазно-дворянских» ценностей, которые несла на Восток дореволюционная Россия, автоматически снимало вопрос об «азиатском варварстве».

В 1983 году М.М. Блиев опубликовал в журнале «Вопросы истории» статью, которая стала смелым шагом за рамки «антиколониально-антифеодальной концепции. Он предлагал обратить внимание на внутренние механизмы конфликта, поставил под вопрос обоснованность традиционных хронологических рамок: «…уже в ХVIII веке политика России, постепенно лишавшая горцев традиционных объектов экспансии, приходила в столкновение с интересами организаторов и участников набегов».6 В монографии этого же ученого, вышедшей в 2004 году, война однозначно объявляется порождением процессов, протекавших в недрах самого горского общества.7 Блиев признавал то, что Кавказская война сама стала средой, в которой происходили все исследуемые социальные изменения: «Сдвинувшая с места все пласты традиционного жизненного уклада, война переступила все мыслимые и немыслимые пороги привычной жизни».8 По мнению Блиева непримиримость противоборства России и горцев Кавказа «… основывалась главным образом на принадлежности воюющих сторон к слишком разным и слишком отдаленным друг от друга историческим эпохам. Россия, пережившая промышленную революцию, столкнулась с обществом в стадии революционного перехода от эгалитарности к иерархическому обществу».9 Исследовательский интерес в данном случае концентрируется на механизмах и формах такого противоборства, на способах смягчения конфликта, на возможности коррекции поведения акторов глобальных процессов.

Заметным явлением в постсоветской историографии Кавказской войны стал выход книги Я.А. Гордина «Кавказ. Земля и кровь», в которой показано, как на практике реализовался некий имперский комплекс идей, как эти идеи трансформировались в соответствии с обстановкой и внешними «вызовами». Оценка Гординым причин Кавказской войны выглядит убедительной, равно как и система аргументации.10 При этом автор возвращается к идее, оформившейся еще в работах дореволюционных историков: главной причиной затягивания войны стал отход от стратегии «правильной осады».

Академические попытки пересмотра явно устаревших концепций в 1980-90-е гг. совпали по времени с действиями тех, кто стремился к политизированной актуализации истории Кавказской войны, используя при этом ненаучные методы.11

Зарубежные историки не предложили сколько-нибудь оригинальных работ по истории завоевания Кавказа. Для подавляющего большинства сочинений XIX – начала XX вв. по справедливому замечанию М.М. Блиева характерна увлеченность «русофобистскими обыкновениями и кавказской экзотикой».12 Компилятивность, некритичное отношение к источникам, причудливый сплав «имперского» подхода и обвинительного уклона в характеристике действий России на Кавказе, не позволяют назвать книгу Д. Бэдли, несмотря на ее солидный объем, самостоятельным исследованием.13 Монография израильского историка Моше Гаммера «Мусульманское сопротивление царизму. Завоевание Чечни и Дагестана» вплотную приближается к грани между научным исследованием и ангажированной публицистикой.14 Совершенно иной, несравнимо более высокий профессиональный уровень продемонстрирован в книге американского историка Томаса Баррета «На окраине империи. Терские казаки и Северо-Кавказский фронтир. 1700-1860».15 В этой работе процесс включения терцев в жизнь региона рассматривается в сравнении с историей вооруженного противостояния индейских племен и белых поселенцев. Хотя все внимание автора сосредоточено на казаках, некоторые его положения о механизмах взаимного обогащения воинских культур, о формировании особого фронтирного быта и менталитета являются применимым и к трансформации регулярной армии в условиях перманентной войны.

В дореволюционной России изучение армии как самостоятельного фактора Кавказской войны было маловероятным, поскольку требовало отступления от большого числа существовавших тогда представлений об историческом сочинении. В советской историографии вероятность появления серьезной работы в таком исследовательском ракурсе также была предельно мала. Во-первых, для этого требовался запрещенный выход за «национально-освободительные» и «антифеодальные» рамки. Во-вторых, тому препятствовал традиционный «военно-полевой уклон» и тенденция к военной биографике.16 Проблемным блокам «армия и государство», «армия и общество» и сегодня уделяется немного внимания российскими учеными. Несмотря на то, что в последнее десятилетие появился ряд очень ценных исследований в этой области, до сих пор нет работ равных по уровню книгам Д. Байрау, и Д. Кипа.17 В настоящее время изучение военной субкультуры в различных аспектах стало одним из быстро развивающихся направлений в отечественной историографии, но при этом наблюдается явный «хронологический» крен в сторону XX столетия.18



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
 

Похожие работы:










 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.