авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:   || 2 | 3 |

Монархические организации русской эмиграции в европе в 1919 - 1933 годах. структура. идеология. деятельность

-- [ Страница 1 ] --

На правах рукописи

Серегин Александр Владимирович

Монархические организации русской эмиграции в Европе в 1919 - 1933 годах. Структура. Идеология. Деятельность

Специальность 07.00.02 - Отечественная история

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата исторических наук

Москва

2010

Работа выполнена на кафедре истории факультета социологии, экономики и права Московского педагогического государственного университета

Научный руководитель: доктор исторических наук, профессор

Зверев Василий Васильевич

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Репников Александр Витальевич

кандидат исторических наук, доцент

Гребенкин Игорь Николаевич

Ведущая организация: Российский государственный

гуманитарный университет

Защита состоится 22 ноября 2010 года в «______» часов на заседании диссертационного совета Д 212.154.01 при Московском педагогическом государственном университете по адресу: 119571, Москва, пр. Вернадского, д. 88, ауд. 817.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского педагогического государственного университета по адресу: 119991, ГСП-2, Москва, Малая Пироговская ул., д. 1.

Автореферат разослан «____» _______2010 года

Ученый секретарь

диссертационного совета Киселева Л.С.

I. Общая характеристика работы

Актуальность темы исследования. В конце 1980-х гг. в СССР начался постепенный демонтаж коммунистической системы власти и идеологии, приведший к окончательному распаду государства в 1991 г. Формальная политическая и идеологическая преемственность большевистской власти, ведущая начало с октября 1917 г., была прервана. Уже на последнем этапе существования СССР в обществе развернулась широкая дискуссия о правомерности установления в июле 1918 г. однопартийной большевистской диктатуры, в общественное сознание внедрялась мысль об идеологическом плюрализме и многопартийности. В этой связи взгляд историков и публицистов был обращен к непродолжительному опыту легального существования многопартийной системы в Российской Империи (думский период) и периоду деятельности Временного правительства. Естественно, было и обращение к опыту русской послереволюционной эмиграции «первой волны» (1917-1939 гг.), т.к. многие партийные лидеры добольшевистской России продолжили процесс партийного строительства в эмиграции.

Общественный интерес к традиции русского монархизма в эмиграции определяет общественно-политическую актуальность темы исследования, очищенного от политиканских и мистических спекуляций. В сфере реалий современной российской политики необходимо обратить внимание на идейное наследие русской монархической эмиграции 1920-30-х гг., которое может быть использовано при построении современного правового государства и гражданского общества.

Следует отметить, что вопросы дореволюционного монархизма и монархизма в Гражданской войне относительно полно исследованы в историографии. Вопросы же связанные с монархической эмиграцией практически не затронуты в отдельных монографиях. Научную актуальность темы наряду с недостаточным исследованием проблемы определяет и необходимость введения в научный оборот новых (в основном архивных) материалов.





Историография проблемы.

Периодизация историографии по проблеме русского монархизма во многом связана с особенностями политического режима в истории страны. В ней четко выделяется советский период, когда на исследователей оказывалось жесткое цензурное «марксистско-ленинское» давление, которое призвано было не допустить даже частичной реабилитации партийных противников большевиков (особенно монархистов). Однако в исследованиях советского периода прослеживается добросовестная работа с источниками, в результате чего был собран большой фактический материал, «между строк» читается скрытая неидеологизированная и объективная информация. В период Перестройки наблюдались попытки частичной реабилитации отдельных лидеров эмиграции, но процесс практически не затронул лидеров ее монархического партийного крыла. Положительным моментом является открытие с 1988 г. библиотечных и архивных спецхранов, что обеспечило возможность свободного от идеологического давления исследования. В период поздней Перестройки и в постсоветский период, в условиях возрождения в России открыто монархических организаций дискуссия была переведена в партийно-публицистическую плоскость с использованием ранее сделанных в советский период наработок.

При проведении исследования по истории монархической эмиграции следует, безусловно, опираться на результаты исследований традиций дореволюционного монархизма и монархической традиции в Гражданской войне. Это позволит разрешить вопросы преемственности и новаций в период эмиграции. Наиболее плодотворными научными исследованиями по проблеме монархических дореволюционных организаций на данный момент являются монографии Ю.И. Кирьянова1 и С.А. Степанова2. Значительный вклад в исследование консервативно-националистической традиции внес Д.А. Коцюбинский3. Важным источником по истории русского дореволюционного монархизма является двухтомный сборник документов «Правые партии. 1905-1917.»4.

Деятельность монархистов в период Временного правительства и Гражданской войны исследовалась, в основном, в советской историографии. Однако в исследованиях явно наметилась тенденция преувеличения «монархической опасности» для Временного правительства и, особенно, для Советской России. Она была связана с попыткой искусственно расширить и жестко организационно закрепить «монархический» характер антибольшевистского фронта, включить в него всех противников. Данная тенденция отражена в работах Л.М. Спирина5, Г.З. Иоффе6 и Д.Л. Голинкова7.

В период Перестройки в СССР наметилась тенденция публицистичности в исследованиях. Одной из наиболее серьезных исследований стала работа М.К. Касвинова8. Она была призвана выявить германофильскую ориентации (в вопросах организации интервенции против РСФСР и в переговорах об организации германского давления на большевиков по освобождению царской семьи) русских монархистов в период Гражданской войны. Тезисы были опровергнуты после распада СССР Ю.Г. Фельштинским9.

В постсоветской историографии смогли проявить себя лишь представители старой советской школы, которые отказались от жесткого классового «марксистского» подхода. Это монографии Г.З. Иоффе «Революция и судьба Романовых»10, работа Ю.А. Буранова и В.М. Хрусталева «Гибель императорского дома»11, вступительная статья М.Б. Смолина к эмигрантскому эссе Н.Е. Маркова «Войны темных сил»12.

В целом, результаты исследований советского периода заслуживают самой высокой оценки. При непредвзятом взгляде становится очевидной политическая и организационная легковесность монархистов, их «боевая» несостоятельность. Именно этим объясняется попытка введения в монархическую орбиту представителей немонархических организаций, формирование своеобразной «маскировочной» теории (теория «лавирования», «взаимосвязи» и «взаимозависимости»).

Проблема русского монархизма в эмиграции имеет значительно меньшую степень монографической исследованности. Обращение к теме в советской исторической науке относится к концу 1970-х гг. В условиях разраставшейся идеологической войны с Западом партийный аппарат СССР предпринял шаги по общей дискредитации русской эмиграции.

Значительная помощь неожиданно пришла от представителей западной либеральной историографии, активно разрабатывавшей с середины 1960-х гг. вопрос русского «монархического влияния» на зарождение фашизма и нацизма в Европе в начале 1920-х гг. Существенная роль отводилась русско-германским националистическим обществам начала 1920-х гг., т.н. «Протоколам Сионских Мудрецов», завезенным эмигрантами в Европу. Концепция была изложена в публицистических эссе У. Лакера «Россия и Германия. Наставники Гитлера»13 и Н. Кона «Благословение на геноцид»14.

В советской историографии тезисы западных исследователей 1960-х гг. был усвоен и переработан. Западная либеральная теория монархического «наставничества» над нацистами начала 1920-х гг. естественным образом трансформировалась в СССР в теорию «прислужничества» перед ними. В советской историографии наиболее полное отражение вопрос нашел в монографии Г.З. Иоффе «Крах российской монархической контрреволюции», значительный раздел которой посвящен истории русской монархической эмиграции15. Данная работа до сих пор остается основной отправной точкой для большинства современных исследований.

В монографии Г.Ф. Барихновского «Идейно-политический крах белоэмиграции и разгром внутренней контрреволюции»16 и в исследовании Ю.В. Мухачева «Идейно-политическое банкротство планов буржуазного реставраторства в СССР»17 продолжена тенденция на поиск «монархическо-белогвардейского», «кадетско-монархического» или даже «монархическо-мелкобуржуазного» центра. С другой стороны, в исследованиях предпринимались осторожные попытки структурирования монархической эмиграции, что косвенно свидетельствовало о ее неоднородности.

В период Перестройки в СССР знаковым исследованием в начальный период перестройки стала монография Л.К. Шкаренкова «Агония белой эмиграции», в которой был снят тезис об организационном слиянии монархистов с немонархическими движениями, отрицалось наличие некой «единой» межпартийной идеологии. Серьезный прорыв совершил Л.К. Шкаренков в вопросе разделения позиций «белой» и монархической эмиграции, признав наличие конфликта между политиками-монархистами и военными18.

После распада СССР в публикациях возобладал жанр политико-исторического эссе, которые также могут быть рассмотрены в разделе историографии. В доперестроечном, консервативно-идеологическом духе выдержано эссе В.И. Андриянова и А.З. Москаленко «Полынь чужбины»19. В эссе В.В. Костикова «Не будем проклинать изгнание…» принцип «классовости» в оценке монархистов в эмиграции был заменен психологическими оценками (тезис об «эмигрантах» и «эмигрантщине»)20. Но отказ от «классового» подхода не привел к формированию новой адекватной методологии.

Началом идеологически свободной (от коммунистического давления) исследовательской работы по истории русской эмиграции стал выход в свет эссе М.В. Назарова «Миссия русской эмиграции». В ней впервые прослеживается стремление «реабилитировать» монархическую эмиграцию, указывается на сближение позиций монархистов с представителями «либерального» («февралистского») лагеря21. Существенной заслугой автора является разделение позиций русских монархистов и деятелей русских профашистских и пронацистских организаций. Правда, в дальнейшем Назаров, перейдя на позиции монархизма, встал на платформу неоправданной партийной апологетики.

В постсоветский период четко выделились группа политических критиков и апологетов эмигрантского монархизма. К апологетам русского соборнического22 монархизма на данный момент относится кроме уже упоминавшегося Назарова23 и А.В. Окороков24. Принципы легитимистского монархизма25 отстаивает С.В. Думин26. Среди авторов, с симпатией относящихся к легитимистам, следует отметить и потомка русских эмигрантов в Югославии А.Б. Арсеньева. Он является создателем новой исследовательской традиции – эмигрантского краеведения. В эссе «У излучины Дуная»27 дан очерк жизни русской колонии г. Нови Сад в 1920-30-х гг.

В целом, апологетическая традиция в исследовании русского монархического движения в эмиграции представляет незначительный научный интерес. Единственным достоинством является целостность и концентрированность исследований по определенной теме. В соборнических исследованиях преобладает активный антисемитский тон, псевдорелигиозный мистицизм и явная склонность к апологетике сотрудничества монархистов с фашистами и нацистами. В легитимистских исследованиях преобладает описательный подход, но информативная ценность значительно выше. В обоих направлениях ощущается явный «партийный» заказ.

В постсоветский период продолжает существовать и «разоблачительная» традиция в историографии, но в основном она представлена эссе американских либеральных публицистов У. Лакера «Черная сотня. Происхождение русского фашизма»28 и Д. Стефана «Русские фашисты. Трагедия и фарс эмиграции»29. Российским продолжателем традиции стал тележурналист Л.М. Млечин с эссе «Адольф Гитлер и его русские друзья»30. Особенностью современных западных исследований стала защита экуменистической церковной линии в РПЦЗ, возглавляемая митрополитом Евлогием (Георгиевским). В этом ключе выдержано исследование профессора М. Раева «Россия за рубежом»31 и в очерке Е. Менегальдо «Русские в Париже»32.

Негативное отношение к монархической эмиграции в зарубежной историографии прослеживается до настоящего момента, симпатии, в основном, на стороне либералов и, реже, социалистов. Так, в биографии П.Б. Струве американского советолога Р. Пайпса выражается «сожаление» по поводу его сотрудничества с монархистами в период 1925-26 гг., его временный отход от «близких по духу» либералов и социалистов33. Особняком в западной историографии стоит эссе американского журналиста П. Курта «Анастасия. Загадка великой княжны»34.

В целом, западная критическая традиция переживает явный застой. В ней наблюдается постоянное жонглирование уже выявленными фактами. У противников монархистов наблюдается очевидный «партийный заказ» по продвижению в политической сфере идей либерализма, в религиозной – церковного экуменизма.

Одним из важных вопросов, волновавших монархическую эмиграцию, был вопрос о подлинности или подложности т. н. «Протоколов Сионских Мудрецов», а также связанные с ним вопросы о «заговоре» против России. После революции их основной публикатор С.А. Нилус связал «Протоколы» с событиями русских революций 1917 г35. Его трактовка была близка части монархистов в эмиграции. В постсоветской России традицию С.А Нилуса продолжили философ, литературовед и историк В.В. Кожинов в эссе «Черносотенцы» и Революция»36 и Назаров в эссе «Вождю Третьего Рима»37. Теория «заговора» получила отпор как в либеральном, так и в националистическом лагере. В советской историографии критику сторонников идеи подлинности «Протоколов» с либеральных позиций вел А.Я. Аврех в работе «Масоны и революция»38. Противником в националистическом лагере выступил А.И. Солженицын в публицистическом сочинении «Двести лет вместе»39.

В современной академической науке обращение к теме монархической эмиграции зачастую носит фрагментарный характер при отсутствии целостности изложения. Однако в исследованиях содержатся весьма ценные положения о деятельности русской монархической эмиграции. Так, в совместной монографии Ю.П. Свириденко и В.Ф. Ершова «Белый террор?»40 представлена картина близкого антикоммунистического взаимодействия военной и монархической эмиграции. Наряду с этим, в монографии В.Ф. Ершова «Российская военно-политическая эмиграция» представлена картина противостояния военного командования легитимистам и ВМС по организационным и идеологическим вопросам41. Обзор деятельности русской военной эмиграции в конце 1930-х гг. и во время Второй Мировой войны дан в работе Ю.С. Цурганова «Неудавшийся реванш»42.

В коллективной монографии «Русские без Отечества» отмечается процесс «стихийного поправения» эмиграции в 1920-30-е гг. Авторами был выявлен полный разрыв между монархистами и республиканцами, которые опасались ущемления демократических свобод при возможной реставрации монархии43. Спокойный и выдержанный тон в отношении монархической эмиграции свойственен коллективной монографии «Русский исход»44. Наряду с этим в ней серьезной и справедливой критике был подвергнут тезис советской историографии о сотрудничестве эсеров с монархистами в эмиграции.

Тема монархической эмиграции косвенно затрагивается в монографиях А.И. Доронченкова «Эмиграция «первой волны» о национальных проблемах и судьбе России»45, О.А. Кудинова «Конституционные проекты Белого движения и конституционно-правовые теории российской белоэмиграции (1918-1940 гг.)»46, С.М. Смагиной «Российские политические партии в эмиграции: блоки и идеологии»47.

Особняком по предмету исследования стоят работы по эмигрантской прессе 1920-30-х гг. - финской исследовательницы Ю. Суомела «Зарубежная Россия»48 и отечественного историка П.Н. Базанова «Издательская деятельность политических организаций русской эмиграции»49.

Изучение попыток контактов монархистов с нацистами и фашистами актуализируют проблему типолигизации авторитарных и тоталитарных режимов Европы в период 1920-30-х гг. Наиболее полно тема отражена в коллективной монографии «Фашизм и антидемократические режимы Европы»50. Практика милитаристических кругов Германии в начале 1920-х гг. по борьбе с демократической Веймарской республикой нашла отражение в монографии Ф.И. Пашкевича «Капповский путч в Германии»51. В данном исследовании, несмотря на организационную схожесть авторитарных моделей, проведено разделение итало-фашистского и германского нацистского режимов. В исследовании были использованы также справочные и энциклопедические материалы52.

Источниковая база исследования. В работе были использованы как опубликованные, так и архивные источники. Архивные источники сконцентрированы в фондах «Русского Заграничного исторического архива в Праге» («Пражского архива») в составе ГА РФ. В составе «Пражского архива» выделяется тематически полный фонд №5763 («Союз Русских Государевых Людей имени Киры Кирилловны»), а также фонды №5853 («Дневник генерал-майора А.А. фон Лампе», №5826 («Русский Обще-Воинский Союз» - РОВС), №6096 («Национальный Комитет»).

Наряду с архивными материалами в исследовании были использованы опубликованные источники: сборники документов53; эмигрантские материалы по цареубийству в Екатеринбурге54; монархическая публицистика различных направлений (от сторонников ВМС до лидеров движения «конституционалистов»)55; военно-эмигрантская публицистика56; философские работы57; «Дневники» дореволюционных и эмигрантских монархических деятелей58; монархическая «историография» времен правления императора Николая II59; воспоминания оказавшихся в эмиграции представителей Дома Романовых60, бывших царедворцев61, активных участников монархического движения в эмиграции62, иерархов русской православной церкви в эмиграции63, противников монархистов из либерального и социалистического лагеря64, представителей молодежного «пореволюционного» поколения65, деятелей культуры и искусства66; эмигрантские работы по операции ИНО-ГПУ «Трест»67; художественные произведения с ярко выраженной монархической окраской68

.



Pages:   || 2 | 3 |
 

Похожие работы:







 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.