авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

Социальные функции обыденного сознания

-- [ Страница 1 ] --

На правах рукописи

Путилин Александр Иванович

Социальные функции обыденного сознания


09.00.11 – социальная философия

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук

Ростов-на-Дону2009

Диссертация выполнена в Технологическом институте Южного федерального университета в г. Таганроге

Научный руководитель: доктор философских наук, доцент Богданов Владимир Владимирович

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор Малицкий Валентин Семенович

доктор философских наук, профессор Пигулевский Игорь Олегович
Ведущая организация: Южно-Российский государственный технический университет (НПИ)

Защита состоится «11» февраля 2009 г. в 13.00 на заседании диссертационного совета Д.212.208.01 по философским и социологическим наукам в ФГОУ ВПО «Южный федеральный университет» (344006, г. Ростов-н/Д, ул. Пушкинская, 160, ауд. 34.)

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Южного федерального университета (344006, г. Ростов-на-Дону, ул. Пушкинская, 148).

Автореферат разослан «___» _______ 200__ г.

Ученый секретарь

диссертационного совета Маринов М.Б.

Общая характеристика работы


Актуальность темы исследования. Исследование проблемы сознания, его индивидуального и общественного измерения традиционно для всей истории философской мысли. Модернизационные и интеграционные процессы, происходящие в современном обществе, начиная со второй половины XX в, естественным образом отразились как на всём общественном сознании, так и на тех формах, которые специализируются на его познании. Справедливо полагая, что знание закономерностей и функций индивидуального и общественного сознания является одним из весомых оснований для предсказуемого и контролируемого развития общества в целом, исследователи сосредотачивают свои усилия на выработке эффективных методов-технологий в междисциплинарных исследованиях общественного сознания, надеясь на получение синергетического эффекта. В этой ситуации многократно возрастает роль социальной философии, которая интегрирует и коррелирует эти исследования. Методологический «азарт» специалистов различных отраслей обществознания своевременно возвращается исследователями социальной философии в русло онтологической укоренённости общественной проблематики, социально-культурной обусловленности, категориальной точности и эвристичности. Недооценка же названных факторов в междисциплинарных исследованиях общества является общим местом.



Работы по социальной проблематике демонстрируют скорее готовность выявлять особенности тех или иных форм общественного сознания, чем определиться с онтологией, необходимыми предикатами, доминантами и детерминантами самого общественного сознания. Еще реже можно встретить сравнение общественного и индивидуального сознания, тем более фрагментарен анализ необходимых моментов архитектоники того и другого. Неявно исследователями ставится под вопрос сама правомерность употребления категории общественного сознания. Нередко её элиминация связана с заменой категорией «культура» и редукцией к индивидуальному сознанию, его простому сложению. Практически не разработано понятие обыденного сознания. Учитывая стремительный рост потребности учёта специфики обыденного сознания, его атрибутивных свойств и экзистенциальных характеристик, границ и возможностей его манипулированием, его социальных функций, актуальность исследования его, как в рамках специальных обществоведческих дисциплин, так и в рамках современной социальной философии представляется очевидной.

Понятие обыденного сознания, в отличие от проблемы, им выражаемой, несмотря на регулярное употребление исследователями, отсутствует в качестве специальной категории практически во всех отечественных словарях и энциклопедиях. Вероятно, понятие «обыденное сознание» большинством исследователей по умолчанию считается самоочевидным, так как ничем другим нельзя объяснить столь очевидное «невнимание» к этому термину. Традиционна и область применения понятия «обыденное сознание» отечественными исследователями – специализированные науки об обществе и социальная философия. Очевидной является и традиция рассматривать обыденное сознание на нижнем, эвристическом уровне в вертикально-иерархической проекции. Но это едва ли не все конвенции отечественной диалектико-материалистической традиции в социальной философии в отношении обыденного сознания.

В энциклопедиях, базирующихся на традициях исторического и диалектического материализма, отчасти этот пробел компенсировался термином «здравый смысл». И хотя авторы словарных статей не брали на себя ответственность однозначно отождествлять понятия «обыденное сознание» и «здравый смысл», тем не менее, употребляли их через запятую, используя сходные предикаты, что не согласуется ни с требованием «бритвы Оккама», ни со смыслом понятий. Учитывая устойчивую потребность в использовании этого термина, «неопределенность» теоретического конструкта «обыденное сознание» должна быть преодолена.

В социальных исследованиях и учебных пособиях, где объектом рассмотрения является общество, понятие «обыденное сознание» используется регулярно. Как правило, оно традиционно в контексте социальной философии, несколько реже встречается в гносеологии. Общепринятой является известная гегелевско-марксистская традиция истолкования обыденного сознания как «низшего уровня общественного сознания». Высшим уровнем на этой шкале признается научно-теоретический1. Обыденное сознание в этой традиции эвристично уже тем, что наиболее выпукло обнаруживает фундаментальные интересы социальных групп, классов. Затем, в силу своей неразвитости оно, по общему согласию авторов, подлежало активному преобразованию путем его рационализации и целенаправленной идеологической обработки с позиций прогрессивного научно-теоретического уровня (А. Хеллер, А. Печчеи, В.А. Лефевр)2. Проблема состояла лишь в том, что трудно было найти субъекта, который бы смог «снять», преодолеть дилетантизм обыденного сознания хотя бы в большинстве сфер своей деятельности. В связи с усиливающейся тенденцией к узкой специализации теоретическое сознание в значительно большей степени, чем обыденное сознание теряло способность к социальной адаптации.

Вывод о необходимости детального анализа обыденного сознания обусловлен еще и тем, что в большинстве случаев в рамках одного исследования авторы используют понятие обыденного (сознания) в разных соотношениях и контекстах, соответственно, и эвристическая ценность в зависимости от дисциплины и смысловой пары не одинаковая. Ведь представляется вполне очевидным, что обыденное (как обычное, будничное) в противопоставлении редкому и праздничному имеет очень определенную область применения и не совпадает ни с противопоставлением обыденного как типичного в отношении редкого, экстремального, патологического (в идеале оправдано разведение даже этих определений), ни с противопоставлением профанного и сакрального. Та или иная смысловая пара оказывается эвристически оправданной, методологически продуктивной, например, в исторической антропологии и культурологии, и менее эффективной в социальной философии, и наоборот. В связи с этим, в диссертационном исследовании предполагается сосредоточить внимание на смысловых оппозициях, имеющих высокую эвристическую ценность именно в рамках социальной философии, обособив другие смысловые пары областью их продуктивного применения.

В работе меняется акцент исследования и получаемые результаты в зависимости от основания, по которому проводится различие обыденного сознания в отношении необыденного. Обыденное может выделяться как по тому содержанию, которое присутствует в мышлении (по принципу общеупотребимости), так и по форме, этапу, способу освоения любого материала, месту в архитектонике мыслительных способностей.

Вполне самоценной представляется и аксиологическая составляющая исследования обыденного сознания: исследуется ли оно с позиции «сильных» и «слабых» сторон современного состояния обыденного сознания в связи с имеющимися в обществе кардинальными изменениями бытия на предмет возможности влияния на него (обычно описание ситуаций манипулирования обыденным сознанием); или ставится проблема о возможном изменении фундаментальной метафизической установки (космоцентризм, теоцентризм, антропоцентризм) во всех формах общественного сознания и соответствующей трансформации обыденного сознания. Последний аспект представляет особый интерес в связи с констатацией (возможно преждевременной) возникновения общества качественно нового типа – постиндустриального, информационного, антропогенного и т.д.

Степень научной разработанности темы. Термин «обыденное сознание» достаточно поздно вошёл в обиход социально-философских исследований, его категориальная разработанность не отличается строгостью и обоснованностью. При этом проблемы, которые оно отражает, являются вполне традиционными для большинства направлений и этапов философской мысли. Отсутствуют обобщающие исследования проблемы и понятия обыденного сознания.

В работах А. Хеллер, А. Печчеи, В.А. Лефевра, А. Грамши3 обыденное сознание чаще всего рассматривалось как внешняя форма проявления, в основе которой лежит подлинная субстанциальная реальность: будь то производительные силы, способ производства (экономический «базис») марксизма, фундаментальные структуры в функционализме, критическая идеология представителей Франкфуртской школы неокантианства, бессознательное в психоаналитической традиции. Из этого подхода следовала необходимость регулярно соотносить обыденное сознание с прообразом, верифицировать его истинность. Общим недостатком историко-материалистического подхода в работах М. Ковальзона, В. Келле4, помимо активно критикуемого доминирования идеологической предопределенности выводов5, является отсутствие всеобщности в выводах авторов, о чём свидетельствует тот факт, что не всегда один и тот же базис, социальная структура или особенность формирования психики приводят к появлению одних и тех же форм обыденного сознания. Что тем не менее не исключает вполне очевидного рассмотрения перечисленных факторов как необходимых, но недостаточных условий и предпосылок формирования и трансформации общественного сознания, которые вполне эффективно взаимодействуют с другими факторами.

«Псевдомышлением» именовал обыденное сознание Э. Фромм. Его аргумент сводился к тому, что обыденное сознание людей большую часть информации воспринимает без анализа, некритически, а по прошествии некоторого времени наивно, но абсолютно убежденно, воспроизводит ее уже как свое собственное мнение6. Человек действительно всегда застает культуру уже существующей, однако нельзя не учитывать творчески-преобразующей деятельности субъекта. Кроме того, автор, очевидно, переносит особенности индивидуальной психологии на обыденное сознание как форму общественного сознания, которое, как известно, уже благодаря И. Канту, является не конституирующим объекты, а регулятивным, так как опирается на идеи разума. Нормы обыденного сознания воспроизводят в первую очередь не содержание, а форму запрета.

С конца 70-х г. XX в. обыденное сознание активно изучается отечественной исторической психологией в рамках эволюции человеческой ментальности как фактор, задающий направление глобальной эволюции (В.Ф. Петренко, Н. Моисеев, А.П. Назаретян, Э. Янч, Д. Кристиан)7. В психологии чаще всего термин «обыденное сознание» заменялся понятием «практическое мышление», однако, предикаты и акценты С.Л. Рубинштейном, О. Липманом, Х. Богеном8 употреблялись идентично традиции исторического материализма с той же расширительной оценкой влияния технико-экономических факторов.





Обыденное сознание рассматривают и как собственный объект социальной психологии. Обращаясь к рассмотрению менталитета, говоря о массовом сознании и влиянии на него, И.Г. Дубов считает необходимым исследование психологических феноменов массового сознания, фактически признавая его предметом психологии: «Необходимость психологического изучения менталитета различных социальных слоев и этноса в целом является для нашей страны насущной потребностью. … Любая деятельность, связанная с воздействием на массовое сознание, будь то коммерческая реклама, политический маркетинг, снятие межнациональной напряженности или организация народного образования, нуждается в точном знании специфического для данной культуры содержания указанных выше психологических феноменов» 9.

В контексте взаимодополнительности биологического и социального в психическом развитии вели анализ психологической структуры и предприняли попытку выявить сущность обыденного сознания А.Г. Асмолов, Б.Г. Ананьев, А.В. Петровский, Б.Ф. Ломов; деятельностный подход в анализе обыденного сознания осуществили Л.С. Выготский, С.Л. Рубинштейн, А.Н. Леонтьев, К.А. Абульханова-Славская и др.; психосемантический подход к изучению обыденного сознания применяли А.Г. Шмелев, В.Ф. Петренко, А.Р. Лурия.10 Выводы исследователей ограничивались преимущественной характеристикой обыденного сознания как практически ориентированного, образного, гносеологически несостоятельного.

Однако делать выводы о субстанциальности обыденного сознания на основании изученных аргументов представляется преждевременным, так как до сих пор не ясна эвристическая ценность противопоставления обыденного сознания по рефлективной паре категорий «субстанциальное – акцидентальное». В связи с чем представляется необходимым в значительной степени отвлечься от вертикального гносеологического аспекта и обратить внимание на горизонтальную онтологическую плоскость, в которой сосуществуют не уровни, а определенные стратегии, интенции, «силы» общественного сознания. Этот концептуальный подход, который получает дальнейшую разработку в диссертационном исследовании, предложен В.В. Богдановым.11

Существенное внимание обращается в диссертационном исследовании на смысловые оппозиции, по отношению к которым рассматривается обыденное сознание. Противопоставлению одной из самых популярных у исследователей категориальных пар «профанного» и «сакрального» посвящено большое количество трудов, ставших классическими: М. Элиаде, Б. Вальденфельс, Э. Дюркгейм, Т. Парсонс, Л. Леви-Брюль, Р. Кайуа12 и др. Данная смысловая пара оказывается эвристически оправданной, методологически более продуктивной в исторической антропологии и культурологии и малоэффективной в социальной философии, и наоборот. Так, очень часто, благодаря известной традиции (феноменологии Э. Гуссерля, социальной феноменологии А. Шюца, социологии знания П. Бергера и Т. Лукмана)13 понятие «обыденное сознание», по сути, отождествляли с понятиями «жизненный мир» и «повседневность». (Что, впрочем, имело и многих критиков с разных позиций: Р. Леффлер, Н.В. Мотрошилова)14. Но если очевидна методологическая ценность исследования обыденного как повседневного, например, в историческом исследовании школы «Анналов» (М. Блок, Ж. Ле Гофф)15, культурологическом исследовании Ф. Арьеса, Й. Хейзинга, Ф. Броделя, Л. Стоуна, Ж. Дюби16, социологическом исследовании А. Лефевра17, то в философском исследовании общества приоритетными являются не особенные, а всеобщие моменты общественного сознания. Поэтому не всегда представляется уместным прямое копирование продуктивной в специальных областях методологии и перенесение их на почву философии, как это часто наблюдается англо-американской традиции18.

В связи с этим проблемное поле может быть ограничено анализом эвристической ценности преимущественно двух оппозиций: обыденное - научно-теоретическое и обыденное – рефлективное. Анализ именно этих пар категорий и позволил получить вполне обоснованные положительные выводы о природе и социальных функциях обыденного сознания.

Кроме того, необходимо отметить, что имеющаяся сейчас традиция исследовать обыденное сознание в контексте «образа жизни»19 и его «типичных» черт, выявлять экзистенциальные характеристики обыденного сознания20 представляет повышенный интерес в контексте изменения социальных условий и развития информационных технологий. При этом, однако, обращается внимание на то, что вполне очевидная и оправданная постановка проблемы требует более детального разведения как по предметному полю21 (большинство экзистенциальных характеристик относится к философской или культурной антропологии22, социальной психологии23, этике и культурологии, а не к характеристикам обыденного как особенности общественного сознания), так и по методологии24, являющейся в некоторых из этих исследований25 преимущественно особенной, эмпирической. Ещё одним характерным штрихом к последним отечественным разработкам обыденного сознания является тот факт, что подавляющее их большинство проходит по категории учебных и методических пособий.

Появляющиеся новейшие диссертационные исследования обыденного сознания в рамках социальной философии имеют две ярко выраженные тенденции: понятие обыденного сознания в них берется без дополнительного обоснования в традиции исторического материализма как низший уровень (что дополнительно свидетельствует о необходимости представленного исследования) и в контексте описания взаимодействия обыденного сознания с одной из форм общественного сознания26, что свидетельствует лишь о безграничности феноменов обыденного сознания в формах культуры, но не о компаративном эвристическом и аксиологическом анализе концептуальных подходов, и тем более не о возможности их интеграции на основе простого перечисления. В данной диссертации используется подход к проблеме обыденного сознания В.В. Богданова, в рамках которого этот теоретический конструкт рассматривается в горизонтально-онтологической плоскости27.

Цель исследования определение сущностных, онтологических характеристик обыденного сознания, его социальных функций и возможность их учета в условиях стремительной трансформации современного общества. Цель и задачи исследования следуют из анализа наличного состояния разработанности темы. Основная цель представляет собой постановку и решение следующих исследовательских задач:

– выявить содержательное наполнение и необходимые предикаты понятия обыденного сознания в истории философских исследований объективных форм духа;



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
 

Похожие работы:










 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.