авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ


Pages:   || 2 |

Закон в структуре социально-гуманитарного знания

-- [ Страница 1 ] --

На правах рукописи

Семенчук марина Александровна

закон в структуре

социально-гуманитарного знания

Специальность 09.00.11 социальная философия

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

кандидата философских наук

Тверь - 2011

Диссертация выполнена на кафедре социально-гуманитарных дисциплин

Филиала МГУТУ им. К.Г. Разумовского в г. Мелеуз

Научный руководитель: доктор философских наук, профессор

Хазиев Валерий Семенович

Официальные оппоненты: доктор философских наук, профессор

Томашов Валерий Васильевич

доктор философских наук, профессор

Нехамкин Валерий Аркадьевич

Ведущая организация: МСХА-РГАУ им. К.А. Тимирязева

Защита состоится «30» июня 2011 г. в 14.00 часов на заседании диссертационного совета по философским наукам ДМ 212.263.07 при Тверском государственном университете по адресу: 170000, г. Тверь, ул. Желябова, 33.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Тверского государственного университета по адресу: 170000, г. Тверь, ул. Скорбященская, 44 а. Реферат диссертации представлен на сайте – http://www.university,tversu.ru/aspirants/abstracts

Автореферат разослан «30» мая 2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат философских наук, доцент С.П. Бельчевичен

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования обусловлена рядом сопряженных факторов:

1. необходимостью оформления объемной эффективной методологии научного познания, опирающейся на сущностное единство науки и исключающей необоснованное противопоставление естество- и обществознания (Баденская школа неокантианства, экзистенциализм, персонализм, философия жизни);

2. необходимостью выработки адекватного толкования социально-исторической онтологии, сочетающей признаки объективной (каузальность) и субъективной (казуальность) выраженности (ограничимся приведением сетования А.С. Хомякова: прошлое превратилось в «бесконечное множество подробностей», где пропало «всякое единство»1);

3.необходимостью освобождения социально-исторического (гуманитарного) познания от рецидивов редукционизма, провиденциализма, телеологизма, волюнтаризма (линия Д. Петрушевского, Е. Топольского; Августина - Боссюэ - Гегеля; Лейбница; Шопенгауэра);

4. необходимостью придания философии гуманитарных наук статуса концептуально выверенной доктрины, освобождения дискурса от художественных, мифопоэтических картин и моделей (В. Шлегель, А. Шлейермахер, Б. Кроче).

Соответственные эвристические маневры в духе сказанного позволят провести идею внутренней целостности науки, не оставляющей простора теоретико-познавательному сепаратизму в духе

Виндельбанда: «...все, имеющее значение для человека, относится к единичному и однократному».2

Дильтея: «человечество, постигнутое в восприятии и (разумном) познании было бы для нас физическим фактом и, как таковое, было бы доступно только естественнонаучному познанию. Как предмет наук о духе оно существует лишь постольку, поскольку человеческие состояния переживаются и поскольку оно находит выражение в жизненных откровениях, а эти выражения понимаются».3

Зиммеля: «индивидуум должен познаваться только посредством некоторого рода интеллектуальной интуиции, поскольку это означает постижение целого посредством целостной функции».4

Бергсона: «как и обиходное познание, наука удерживает из вещей только одну сторону, повторение», «интеллект характеризуется естественным непониманием жизни»; «абсолютное может быть дано только в интуиции, тогда как все остальное открывается в анализе».5

Шпенглера: «причинность есть нечто рассудочное, законосообразное, выражаемое словами, форма внешнего интеллектуального опыта. Судьба есть слово для неподдающейся описанию внутренней достоверности. Можно сообщить сущность причинности физической системной или системной теории познания, числами, анализом понятий. Идею судьбы может сообщить только художник портретом, трагедией, музыкой… Настоящая история имеет судьбу, но никаких законов».6

Степень научно-теоретической проработанности проблемы. «История – самый опасный из всех продуктов, вырабатываемых в химической лаборатории нашего ума. Она побуждает к мечтаниям, она опьяняет народы, она порождает у них ложные воспоминания, преувеличивает их рефлексы, растравляет старые их раны, лишает их покоя и ввергает их в мании величия или преследования», – указывал Валери. Опасности истории таятся в нашем незнании, непонимании пружин ее тока.

Исторический закон есть начало, управляющее сменой исторических явлений,7 – отмечает Ключевский. Есть ли такие начала? Откуда их выводить? С чем связывать? Если принять, будто история творится лицом (она – плод персональных утверждений индивидов), истории придется сообщить психологическое толкование. (Психология – фундаментальное основание истории – линия Тэна.) Если принять, будто существуют исторические явления, не объяснимые исключительно и преимущественно процессами, замыкаемыми на отдельные лица, истории придется сообщить сверхличностное – социологическое, физиологическое (демографическое), физико-географическое толкование. Можно настаивать на комплексности исторических законов, являющихся сложением множества сил-факторов.

Сложность предметной сферы предопределила неоднозначность тематизаций ее в прошлом: наследие поставляет варианты от объективизма (географизм, космизм, техницизм) – Гиппократ, Монтескье, Ратцель, Леруа-Гуран; через субъективизм (история – процесс личностей, перипетий героев) – Верморель, Лампрехт, Михайловский; до синтетизма (история – сочетание действий человека и влияний среды) – Ключевский.

История как продукт гуманитарного зодчества есть мощный разветвленный континуум артеактов и артефактов. Покрывается ли она им полностью? Историческое бытие как «дело рук человека» самоконституируемо. Что заставляет человека в рукотворении исторической реальности выходить за пределы себя, осуществлять броски вперед, развиваться? Положивший начало философии истории Августин, прорабатывая проблему, выдвинул христианскую объяснительную платформу: история есть богочеловеческий процесс, устремленный к метаисторической цели, – воплощению в земном небесного града. В кильватере этих представлений шел Вико, в качестве направляющей силы исторического творчества введший Провидение. Сходным образом поступали Гегель, Данилевский.

Провиденциализм, телеологизм, фатализм как объяснительные схемы теории в том смысле, с каким мы привыкли связывать существо выработки в теории объяснительных схем, адекватными не являются. Понимание чего, однако, актуализирует исходную проблему подлинных лицедеев исторического процесса.

В такой плоскости рефлексию исторической материи проводили

  • Макиавелли, изучавший не этические, а державные функции правления, и выявлявший их морфогенетические предпосылки и последствия;
  • Вико, задумавший особую науку о производимых нами реалиях, правилах творения людьми гражданского мира (где мы, по его понятиям, – полные хозяева и господа).

Полученные ими ценные, но не исчерпывающие результаты (могут ли таковые здесь быть вообще?) однако, не устраняют неясности, в каком смысле, в каком отношении мы подлинные, полноценные авторы истории как единого, внутренне обусловленного морфогенетического поля.

Сказанное обостряет тематизацию номологических измерений социально-исторической деятельности, на что с применением разных методологических презумпций обращали внимание У. Дрей, К. Поппер, В. Трельч, Г.-Г. Гадамер, К. Гемпель, А.И. Ракитов, В.В. Ильин, И.А. Гобозов, Ю.И. Семенов и др.

Объект исследования – принципы концептуализации социально-гуманитарной, социально-исторической материи.

Предмет исследования – номологические комплексы социально-гуманитарного, социально-исторического знания.

Цель и задачи поиска. Цель работы – на основе анализа структуры социально-гуманитарного, социально-исторического знания подвергнуть рефлексии фигурирующие в нем законы. Согласно указанной цели формулировался перечень взаимосвязанных задач:

- уточнить сущность закона;

- выделить основания противопоставления естество- и обществознания по характеру используемых законов;

- сформулировать принципиальные предпосылки органического единства науки.

Теоретико-методологический базис поиска. Работа имеет характер социально-философского исследования. Изучение природы, динамики познавательной деятельности в гуманитаристике осуществлялось на основе использования аналитического арсенала философии, социологии истории. Непосредственную целеориентацию изысканий детерминировали общефилософские регулятивы историчности, реалистичности, объективности, конкретности, всесторонности рассмотрения. Теоретический базис рассуждений составили работы отечественных и зарубежных авторов о сущности, статусе законов в структуре науки.

Информационная база исследования – тексты классиков социальной философии, макросоциологии, политологии; данные, свидетельства, обзоры, фиксируемые специальными источниками, научной литературой.

Достоверность исследования обеспечена соответствием избранной методологии целям и задачам работы, надлежащим теоретико-логическим удостоверением результатов, их эмпирической верификацией. Диссертация удовлетворяет требованиям паспорта специальности 09.00.11 – социальная философия.

Структура и основное содержание диссертации. Структура исследования обусловлена целями, задачами, способом концептуального освоения предметной сферы. Диссертация состоит из введения, 2 глав, включающих 7 параграфов, заключения, списка цитируемых источников.

Во Введении уточняется актуальность поиска, оценивается степень научно-теоретической проработанности проблемы, фиксируется теоретико-методологическая база изыскания, указываются цели, вытекающие из них задачи анализа, определяется его объект, предмет, формулируется научная новизна, теоретическая, практическая значимость исследования.

Глава I – «Концептуальный статус закона» - посвящена экспликации теоретико-познавательной природы закона как ядра знания.

В параграфе 1.1. «Понятие закона» оконтуривается семантическое пространство исходного концепта.

В параграфе 1.2. «Дилемма «номотетическое идиографическое» в контексте проблемы закона» уточняются основания противопоставления основных родов знания.

Глава II«Номологические модели в методологии социально-гуманитарных наук» – подчинена задаче выяснения трактовок закона в обществознании Гемпелем (§2.1. «Модель Гемпеля»), Дреем (§2.2. «Модель Дрея»), Поппером (§2.3. «Модель Поппера»), Ильиным (§2.4. «Модель Ильина»), §2.5. «Единство науки» содержит авторскую трактовку пресуппозиций единства науки.

В Заключении подводятся итоги исследования, намечаются магистрали дальнейшего обсуждения поставленных проблем.

II. Научная новизна исследования и обоснование основных положений, выносимых на защиту

Научная новизна диссертации заключается в выявлении природы закона как центрального элемента обществоведческой теории.

Наиболее существенные результаты исследования, содержащие признаки научной новизны и являющиеся предметом защиты.

1. Уточнена сущность закона. Как демонстрируется в работе, закон представляет выражение вида x(P(x)Q(x)), которое не является сокращенной формой записи бесконечной конъюнкции предложений Р(а) P(b) ... (это соответствует индуктивистской трактовке квантора всеобщности), ибо утверждает не об отдельных элементах класса, а о необходимом и универсальном свойстве этих элементов.

Тщательное формальнологическое изучение природы универсальных импликативных предложений типа законов науки выявило парадоксы, известные под именем парадоксов материальной импликации. Суть их вытекает из формальнологических установок анализа законов науки, интерпретирующих последние с точки зрения логической формы безотносительно к выражаемому ими содержанию.

С логической точки зрения закон представляет условное отношение, имеющее импликативную форму. Однако последняя оказывается формой выражения и фактически истинных общих предложений типа «все вороны черные», не имеющих статуса законов. Возникает проблема обособления из множества универсальных импликативных предложений подмножества законов – так называемая проблема Льюиса. Смысл проблемы Льюиса заключается в вопросе: может ли быть построено в системе логики высказываний импликативное отношение, идентичное содержательному отношению высказываний, связанных импликацией?

Сам Льюис пришел к обоснованному убеждению, что в системе логики высказываний подобное отношение построено быть не может.

В связи с этим интересны варианты неклассических логик, способных, по замыслу их создателей, решить проблему. Это – системы со «строгой импликацией» (Льюис), «сильной импликацией» (Аккерман), импликацией Нельсона, «каузальной импликацией» (Беркс) и т. д., однако несодержащие приемлемых рецептов решений проблемы.

Хотя в дальнейшем было показано, что критерием отличия законов (номологических утверждений) от случайных универсальных (акцидентальных) утверждений, имеющих импликативную форму, является выводимость из первых условных контрфактических предложений, демонстрирующих наличие истинных необходимых отношений, следует указать на трудности выявления номологичности через переформулировку универсальных импликативных предложений в контрфактические. Трудности состоят в том, что формальнологической процедуры обоснования контрфактических предложений не существует: их истинность устанавливается фактуально – путем анализа выполнимости материальных отношений, обеспечивающих номо-логический характер связи консеквента с антецедентом. Последнее, однако, и представляет трудность, т. к. проведение подобного анализа – вещь весьма нетривиальная.

Если принимать, что без законов науки нет самой науки, правильно утверждать: развернутой научной теории гуманитарного пока не существует. Сложности, препятствующие формулировке здесь точных законов, состоят в том, что онтология гуманитарного – внутренний мир человека, его духовная среда – субъективно выражена, неотделима от личности, а потому трудно генерализуема. По этой причине в рамках гуманитарного довольно редки номологические и часты фактофиксирующие утверждения.

Законами, которыми все же пользуются в сфере гуманитарного, как правило, являются законы, формулируемые в конкретных обществоведческих дисциплинах, – экономике, истории, социологии, философии. Имеется и свод фактуальных генерализаций, отражающих инвариантное в человеке, – они поставляются, с одной стороны, психологией, а с другой, – обыденным опытом, скажем, в виде общих максим «житейской мудрости», фиксируемых народным эпосом.

Между тем справедливо поставить вопрос о возможности сугубо гуманитарных законов. Такой постановке способствуют чисто логические диспозиции. Закон есть существенная, необходимая, повторяющаяся связь между явлениями, какая выражается универсальными номологическими предложениями. Онтологические параметры гуманитарного материала выдерживают испытание на соответствие закону: наличие стандартных духовных (этических, эстетических, поведенческих, аксиологических и т.д.) ориентиров, идеалов, образцов и т.д. позволяет констатировать здесь существенные, необходимые, повторяющиеся, инвариантные, т. е. законообразные связи и отношения. Верно, последние все-таки более подвижны, нежестки, переменчивы по сравнению с тем, что имеется в других областях, однако они есть.

В их основе – то, что актуализация реальных потенций, заложенных в каждом из нас соответственно нашему темпераменту и субъективным желаниям, укладывается в некие ключевые вполне стандартные начала, к которым еще Аристотель относил действие, язык, чувство жизни. В законах развития и функционирования действия (труд, а также прочие взаимодействия людей в обществе), языка (универсальное средство категоризации явлений), чувства жизни (стремление к самореализации, максимальному удовлетворению потребностей) возможно вычленить некую ось – общность практического, духовного, экзистенциального освоения мира, что выражается в общих правилах творения себя и друг друга. Она-то, эта общность, и позволяет наводить мосты между уникальными личностями, культурами, адекватно воссоздавать их интимные черты и признаки. Основные идеи гуманитарного исследования, собственно, и вращаются вокруг данных фундаментальных начал, которые задают единую канву оценки самопроявления человеческого.

Насколько надежны, точны, строги законы гуманитарных наук? Поскольку относительно обществоведческих законов, удовлетворяющих соответствующим стандартам, вопрос остро не встает, исследуем особенности экзистенциальных законов.

Причины неоднозначности подобных законов, как указывалось выше, определяются тем, что материя их – ценностно-смысловая, мотивационная формация – жестко не детерминирована. Однако это не влечет произвол, релятивизм, субъективизм исследования. Существуют вполне объективные основания, которые, вопреки убеждениям иррационалистов, конституируют непроблематизируемый базис гуманитарного познания. Мы имеем в виду:

а) Требование привязки структур внутреннего мира к объективным условиям, принципам жизнедеятельности человечества, которые выступают как их (структур) детерминанты. Хотя кажется человеку, что определения его внутреннего мира помимо внешнего мира взяты от него независимо, на деле они порождены внешним миром. Поэтому неправы те, кто апеллирует лишь к индивидуальному вживанию, эмпатии, сопереживанию как средству проникновения в мир другого «Я».

б) Требования историзма, конкретности, всесторонности, объективности подхода, отсекающие возможность предвзятых модернизаций и архаизаций и гарантирующие правдивость, глубину анализа. Инструмент познания гуманитарных наук – понимание – не произвольная исследовательская обработка и переработка оригинала. Как подчеркивает М.М. Бахтин, «нельзя понимать понимание как вчувствование и становление себя на чужое место (потеря своего места)... нельзя понимать понимание как перевод с чужого языка на свой язык». Понимать так, как понимал автор, и самообогащаться авторским пониманием – познавательное кредо гуманитария.

в) Индивидуализация, персонификация, идиографизация в гуманитарном знании не равны субъектавизации. Субъективизм – неглубокая, исторически неоправданная интерпретация гуманитарных явлений. Предел гуманитарного поиска – «не Я, а Я во взаимоотношениях с другими личностями, то есть Я и другой Я, Я и ТЫ».8



Pages:   || 2 |
 





 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.