авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |

Формы репрезентации истории в русской прозе xix века

-- [ Страница 1 ] --

На правах рукописи

Сорочан Александр Юрьевич

Формы репрезентации истории в русской прозе XIX века

10.01.01 – русская литература

Автореферат диссертации на соискание учёной степени

доктора филологических наук

Тверь – 2008

Работа выполнена в Тверском государственном университете

Научный консультант: доктор филологических наук, профессор

Строганов Михаил Викторович

Официальные оппоненты: доктор филологических наук, профессор

Викторович Владимир Александрович

доктор филологических наук, профессор

Виролайнен Мария Наумовна

доктор филологических наук, профессор

Душечкина Елена Владимировна

Ведущая организация: Курский государственный университет

Защита состоится __________ года, в ___ часов на заседании диссертационного совета Д 212.263.06 в Тверском государственном университете по адресу: 170002, г. Тверь, пр. Чайковского, д. 70, ауд. 48.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Тверского государственного университета по адресу: г. Тверь, ул. Володарского, д. 44а.

Автореферат разослан «___» __________ 2008 г.

Учёный секретарь

диссертационного совета Николаева С. Ю.

Развитие социальной антропологии как направления литературоведческих исследований требует как можно более широкого контекста освоения литературного процесса. При этом особое значение приобретает исторический жанр, на материале которого с особой очевидностью раскрываются новые закономерности художественного мышления, проникновение исторических и философских концепций в художественную литературу, специфические аспекты художественного осмысления истории. Для понимания этих вопросов необходимо освоение всего репертуара русской прозы, поэзии, драматургии XIX в. Ведь взаимоотношения литературы и истории всегда драматичны. Трансформация исторических событий, историософских концепций, изменение той роли, которую они играют в художественных текстах, крайне значимы для литературного процесса. Иногда это воздействие проявляется опосредованно, но чаще – ярко и выразительно.

Так происходило в русской литературе, где драматизм истории осваивался в самых разных формах. Сначала возник интерес к ярким, «вершинным» моментам истории, потом начались попытки художественного освоения исторических законов, потом пришел черед психологического анализа характеров и философских закономерностей истории. На этом пути мы сталкиваемся с множеством удачных и неудачных экспериментов, прижившихся и не прижившихся жанров, с целым рядом заслуженно и незаслуженно забытых авторов. И проблема освоения всех аспектов национальной и мировой истории в русской литературе может быть формализована и рассмотрена на очень широком материале.

В 1830—1840-х и позднее, в 1870—1890-х гг., исторические жанры даже количественно занимают первое место в литературном процессе. Так, в 1831—1839 гг. отдельными изданиями вышло более 300 исторических романов1; а в одном только 1884 г., по данным журнала «Книжный вестник», их появилось около 80. Именно литература исторических жанров в наибольшей степени репрезентативна для анализа среднего уровня литературного развития того или иного периода, для уяснения тех эстетических и мировоззренческих принципов, которые утверждаются и активно воплощаются в художественной литературе.



И в наши дни исторический материал остается актуальным и для литературы (вспомним о недавнем взлете интереса к исторической прозе В. С. Пикуля и Д. М. Балашова), и для культуры в целом. На этом фоне сначала отдельные сочинения уже полузабытых авторов (М. Н. Загоскин, Н. А. Полевой), а потом издания всё более и более объемные (в последние годы вышли собрания сочинений Р. М. Зотова, И. И. Лажечникова, Загоскина, Н. Э. Гейнце, Д. Л. Мордовцева и многих других) возвращаются в читательский и научный обиход. Однако немаловажным представляется и то, что всплеск интереса к исторической тематике всегда непродолжителен: десятилетия интереса сменяются десятилетиями забвения. Так было в 1830-х, в 1870-х, так было и в 1990-х. И причина не только в состоянии общества, но и в авторах, которые стремятся (или не стремятся) отвечать общественным потребностям, в выборе тем и их освещения. Потому исследование репрезентации истории в литературе XIX в. неминуемо приведет к пониманию закономерностей литературного процесса XX и XXI вв. Ведь история не утрачивает современного звучания никогда, просто меняются формы этой актуализации.

Наше исследование репрезентаций связано с проблемой времени, и потому возвращение к философской традиции в трактовке термина более чем оправданно. Под репрезентацией мы понимаем «представление одного в другом и посредствам другого». «Феномен репрезентации изначально задается как “запаздывающий” или вторичный относительно присутствия — презентации, то есть репрезентация возникает в силу отсутствия (в момент репрезентирования) объекта, который она репрезентует»2. Именно это значение позволяет нам рассматривать «вторичные проявления» – тексты, в которых фиксируется не самый объект (история), а представление о нем.

Актуальность диссертации обусловлена не только востребованностью исторической литературы, но и терминологическими дискуссиями в литературоведении, позволяющими по-новому интерпретировать судьбы воплощений истории в литературе. История открывается постепенно и в разных формах, в системе эстетических ценностей она далеко не сразу занимает значительное место. Именно осмысление различных целевых установок и методик их художественной реализации и составляет существо нашей работы. Итогом ее должно стать понимание эволюции роли истории в литературе, понимание развития и дифференциации репрезентационных практик.

Диссертационная работа написана на материале произведений как классиков русской литературы (А. С. Пушкин, М. Ю. Лермонтов, Л. Н. Толстой), известных литераторов XIX века (от В. Т. Нарежного до Г. П. Данилевского) так и авторов, мало изученных или вовсе забытых (от А. А. Павлова до А. И. Соколовой). Рассматриваются и произведения на исторические сюжеты, и тексты, в которых так или иначе репрезентируется историческое прошлое.

Объектом исследования стал весь корпус русской художественной прозы XIX в., рассмотренной сквозь призму представлений в литературной форме исторического прошлого. Различие форм репрезентации истории в литературе позволяет создать целостное описание разнородных явлений и раскрыть особенности эволюции эпических жанров и художественных установок, представить меняющуюся телеологию литературы.

Цели данного исследования:

последовательно рассмотреть разные формы проникновения истории в литературу,

проанализировать, как менялось положение истории в системе художественных ценностей,

охарактеризовать основные эстетические системы описания исторического прошлого.

Целью исследования обусловлены его задачи:

представить целостное описание тех форм, которые принимает исторический опыт в пространстве художественного текста;

охарактеризовать тенденциозные исторические представления XIX века и их художественные воплощения;

проанализировать специфику исторического вымысла в русской прозе XIX века и его различные варианты;

определить методы репрезентации исторических фактов в прозе;

раскрыть специфику освоения литературой техники описания «смысла истории», поисков в истории вневременных свойств;

охарактеризовать взаимоотношения литературной классики и исторической беллетристики и представить общие закономерности изменения литературной аксиологии.

Теоретико-методологическая база исследования основана на представлении о единстве литературного процесса, которое обеспечивает возможность целостного анализа исторического содержания произведений «классиков» и «беллетристов» XIX в.

Долгое время исследование репрезентаций проходило по ведомству «интеллектуальной истории» с учетом уточнений, вносимых новейшими исследователями: «В отличие от историков экономики или социальных историков — тех, кто воссоздает то, что действительно было, — исследователь истории ментальностей или истории идей ищет не реальность, а способы, которыми люди рассматривают и перегруппировывают реальность»3. Описание «типов истории», изменение границ «документальных текстов» крайне важны для понимания специфики репрезентаций; однако анализ средств, игнорирующий, по существу, цели, тоже не вполне состоятелен: «Репрезентация есть составная часть интерпретации, а не ее абстрактная рамка»4. Но при этом закономерности новейшей «writing culture» подчас механически переносились в пространство «истории идей» других эпох, и репрезентация становилась основой для «атомарного» изучения текста, конструктом аналитической философии.

Новейшие обсуждения «теории репрезентаций» дали очень интересные результаты, но усложнение терминологического аппарата сыграло и отрицательную роль, что было отмечено и самими исследователями, обнаружившими, что в историческом дискурсе новомодная теория желаемых результатов не дает. Мы рассматриваем художественные или публицистические произведения, а не научные сочинения, презентирующие историю. Термин оказывается исключительно важен для понимания отношений литературы и истории в русской культуре XIX в. Данное направление исследований способствует пониманию того, как постепенно менялась роль истории в литературе и как структурировались и эволюционировали репрезентационные практики. Такого рода анализ опирается на методологию, вырабатывавшуюся и западными исследователями интеллектуальной истории (К. Гирц, Р. Шартье, П. Берк, Л. Энгельштейн и др.), и российскими литературоведами (Б. В. Томашевский, М. М. Бахтин, Н. Н. Петрунина, Я. Л. Левкович, М. В. Строганов, В. А. Кошелев, Н. Л. Вершинина и др.). И синтез этих двух традиций позволяет от эмпирического описания репрезентационных практик перейти к глубокому осмыслению закономерностей художественной истории.

В основу методологии положен историко-литературный метод исследования. Методологический инструментарий актуализирует и конкретизирует понятия и представления о цельности литературного процесса, об отношениях классики и беллетристики, истории и литературы.

Положения, выносимые на защиту:

1. До сих пор очевидна изоляция исторических жанров в литературоведении; историзм рассматривается вне жанровой системы, вне истории литературы, вне реального литературного процесса. Анализ общих тенденций, очевидных в исторической беллетристике и в «мэйнстриме», необходим. Анализ форм репрезентации истории способствует решению вопроса о функциях исторического материала, о его художественных задачах и об эволюции форм литературного выражения исторических коллизий.

2. Книги признанных классиков русской литературы – это объекты историко-литературного процесса, которые взаимодействуют с другими объектами. Необходимо восполнить пробелы и ввести в научный обиход многочисленные тексты, которые представляют немалый интерес, но которые забыты ныне. Классификация репрезентационных техник – единственная возможность для определения общих закономерностей в развитии художественных представлений об истории в XIX в.; она позволяет определить те ракурсы, в которых представали события прошлого в художественном воплощении. Разные поводы обращения к истории приводили к разным функциональным формам ее репрезентации.

3. Историческая литература XIX в. начиналась с выражения неких вневременных (национальных, политических или нравственных) доктрин. История сводилась к утверждению той или иной тенденции. Изображение исторических событий оставалось по существу предлогом для выражения внешней по отношению к ним идеи – национальной, социальной или «нравственной». В середине XIX в. тенденциозная репрезентация истории способствует обновлению других жанров, помимо исторического романа и повести. Активное использование подобных репрезентационных техник в романе на современные темы, в публицистике и поэзии вполне объяснимо. Стереотипные тенденциозные решения способствуют своеобразной «стабилизации» современности в литературном тексте; мы обнаруживаем сходные формы репрезентации истории в творчестве таких разных авторов, как Загоскин и Герцен, Тютчев и Фет.





4. В литературе первой половины XIX в. реализовано и иное отношение к истории, во многом опиравшееся на опыт XVIII в. Для характеристики этой модели важна антитеза литературной и научной репрезентации истории: историки выступали с концептуальными построениями, писатели создавали художественные изображения. В художественной форме опыт прошлого реализуется как чистая условность, прихотливая игра фантазии. Прошлое репрезентировалось как чистейшая фикция. Место фольклорных реконструкций занимает история литературы, прошлое сводится к одной только истории изящной словесности и такое воспроизведение условных схем способствует цельному описанию разнородного материала.

5. Репрезентация истории как вымысла противопоставлена репрезентация истории как описанию фактов. Эта форма возникла в русской литературе под влиянием А. Дюма-отца, в романах Р. М. Зотова и Н. В. Кукольника. В этих популярных сочинениях независимая ценность исторического факта представлена в особой форме: романические главы в правильном порядке чередуются с историческими. А. С. Пушкин, обращаясь к этому материалу, от имитации уже известных репрезентационных техник пришел к установке на изображение истории как собрания фактов, обретающих значение при осмыслении связей между ними. Апофеоз устремления к художественно организованной фактографической точности можно обнаружить в текстах о пугачевском восстании. Однако позднейшая история этой репрезентационной техники свидетельствует, что абсолютизируется одно из начальных звеньев; история обращается либо в перечисление фактов, либо в такое же протокольное исчисление случаев. Данная репрезентационная техника по-прежнему основывается на признании известной неполноценности истории.

6. Иная репрезентационная модель основана на признании самостоятельной ценности исторического познания, не ограниченного рамками тенденциозных схем, свободного от сомнений в иллюзорности минувшего и от ограниченности скупого перечня фактов. Тогда абсолютизация исторического опыта человечества, обращение к урокам истории приводит к тому, что исторический материал становится не посредником, а основой повествования. В «квазиисторических» произведениях Вс. С. Соловьева, Д. Л. Мордовцева и других обнаруживается стремление перейти от тенденциозных построений на историческом материале к созданию текстов, посвященных «связи времен», а затем – к построению непротиворечивой картины, включающей и опыт прошлого, и факты настоящего.

7. Широкое распространение исторической беллетристики связано с тем, что всякий беллетрист мыслит литературными формулами, уже готовыми, раз и навсегда данными. Это могут быть формулы жанровые, сюжетные, языковые, но для беллетриста их существование не подвержено сомнению. Беллетристические произведения могут быть разными, но они основаны на использовании формул. Тем самым получает объяснение формализация исторических жанров; всё многообразие репрезентаций истории можно свести к нескольким продуктивным формам, которые можно разделить на две группы: исторический материал оказывается либо основой, либо посредником.

Научная новизна исследования состоит в целостном осмыслении репрезентационных техник в русской прозе ХIХ в.; она определяется проведённым углублённым исследованием беллетристической парадигмы, осмыслением всех стратегий репрезентации истории в художественной прозе. Впервые анализируется трансформация отношения к истории, выразившаяся в художественных текстах. Целостная классификация позволяет преодолеть существующий в литературоведении разрыв между «классическими» и «беллетристическими» текстами и создать полное описание тех принципов, на основании которых история входит в литературный текст.

Теоретическая значимость диссертации заключается в корректировании имеющихся в литературоведении представлений об отношениях истории и литературы; в практической разработке теории репрезентации, теории жанров; в апробации новых принципов изучения художественных произведений на исторические темы.

Практическое значение полученных результатов работы состоит в возможности их использования в преподавании историко-литературных курсов, посвященных русской литературе XIX в., исторической поэтики, а также в рамках специальных курсов.

Основные результаты исследования апробированы в 59 публикациях, общим объёмом около 45 п.л., в том числе в монографии, 7-ми публикациях на страницах изданий, рекомендованных ВАК для размещения научных результатов по докторским диссертациям; в учебно-методическом пособии и докладах на научных конференциях разных уровней. Среди них: Ищуковские чтения (Тверь, 1998—2006); международные конференции «Мир, называемый Львовым» (Тверь, 2001, 2003); Фетовские чтения (Курск, 2002—2007), международная конференция «Педагогические идеи русской литературы» (Коломна, 2003), международная конференция «Беллетристическая пушкиниана» (Псков, 2003), международная научная конференция «Национальные картины мира» (Курск, 2003); международные конференции «Мир детства и литература» (Тверь, 2003, 2007); конференции «Драма и театр» (Тверь, 2005, 2007); международная конференция «Липецкий потоп» и пути развития русской литературы» (Липецк, 2006); международная конференция «А. С. Пушкин и мировая культура» (Арзамас, 2007); международная конференция «И. А. Гончаров и XXI век: творческий диалог» (Ульяновск, 2007) и др.

Основные направления исследования обсуждались на заседаниях кафедры истории русской литературы Тверского государственного университета.

Результаты диссертационного исследования использовались в лекционных курсах диссертанта «История древнерусской литературы», «История русской литературной критики», «Русская художественная культура» и на семинарских занятиях, в рамках спецкурсов «Литература и история», «Русский исторический роман XIX века» в Тверском государственном университете.

Структура диссертации включает Введение, 4 главы, Заключение. Приложен список использованной литературы.

Объём работы – 400 страниц.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается актуальность темы диссертации, формулируются цели и задачи работы, характеризуются методологические основания исследования и история изучения проблемы.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
 

Похожие работы:







 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.