авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |

Сад в русской поэзии хх века: феномен культурной памяти

-- [ Страница 1 ] --

На правах рукописи

РАЗУМОВСКАЯ АИДА ГЕННАДЬЕВНА

Сад в русской поэзии ХХ века:

феномен культурной памяти

Специальность 10.01.01 – 10 русская литература

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук

С.Петербург – 2010

Работа выполнена в Отделе новейшей русской литературы Института русской литературы (Пушкинский Дом) РАН

Научный консультант – доктор филологических наук

ГРАЧЕВА АЛЛА МИХАЙЛОВНА

Официальные оппоненты:

Доктор филологических наук

ЦАРЬКОВА ТАТЬЯНА СЕРГЕЕВНА

Доктор филологических наук, профессор

ТАБОРИССКАЯ ЕВГЕНИЯ МИХАЙЛОВНА

Доктор философских наук, профессор

ДЕМИДОВА ОЛЬГА РОСТИСЛАВОВНА

Ведущая организация

ГОУ ВПО «Новгородский государственный университет

имени Ярослава Мудрого»

Защита состоится 17 января 2011 года в 14 часов на заседании диссертационного совета Д 002.208.01 при Институте русской литературы (Пушкинский Дом) РАН по адресу: 199034, С.-Петербург, наб. Макарова, д.4, ИРЛИ РАН, Большой конференц-зал.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Института русской литературы (Пушкинский Дом) РАН.

Автореферат разослан «___»____________2010 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

кандидат филологических наук С.А.Семячко

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Предметом исследования в диссертации являются поэтические отражения универсального образа «сада» в культурном сознании ХХ века.

С древнейших времен в мировых религиях, в том числе христианстве, сформировались представления о саде-рае как месте вечного блаженства, которые легли в основу европейской культуры. Если в литературе античности и Ренессанса образ Эдема преимущественно являлся знаком удовольствия и радости жизни, то в средневековой христианской литературе сложился образ умопостигаемого сада, символизирующий церковь, Богородицу, душу праведника, мир высших духовных и нравственных ценностей. Во все эпохи образ сада выступал мифопоэтической моделью мира в его идеальной сущности.

В русской литературе и культуре как явлениях европейского сознания «сад» также являлся одним из знаковых образов. В культуре Древней Руси монастырские сады обладали высоким сакральным статусом, напоминая о рае.1 В светской культуре России XVIII-XIX веков подобиями Эдема мыслились и императорские загородные резиденции, и многочисленные сельские усадьбы, что привело в поэзии к возникновению «мифов» как вокруг знаменитых «парадизов» Царского Села и Павловска, так и рядовых дворянских поместий. Сад из объекта эмпирического познания постепенно превращался в мифологему. Его поэтический образ, тесно связанный с воспоминаниями, варьировался от обозначения мира прекрасных чувств, дружественных «пиров» и «забав» до символики пространства поэтического уединения и мечтания. К моменту возникновения на рубеже XIX-XX столетий искусства модернизма за образом сада стоял огромный контекст русской и европейской литератур, который осваивался новым художественным сознанием.



В начале ХХ века сады стали объектом пристального изучения в трудах А. Н. Бенуа, И. Э. Грабаря, В. Я. Курбатова, Г. К. Лукомского, в публикациях журналов «Мир искусства» (1899, 1901–1904), «Старые годы» (1907–1916), «Столица и усадьба» (1913–1917), популяризирующих усадебную культуру. Расцвет исследования садов в искусствознании сопровождался в реальности процессом неуклонного разрушения сохранившихся памятников садово-паркового искусства. Под влиянием деятелей объединения «Мир искусства» образованное русское общество предпринимало меры по сохранению старых парков. Позднее немалое значение сыграло созданное в 1922 году (хотя и просуществовавшее только восемь лет) Общество изучения русской усадьбы (ОИРУ).

Сожаление специалистов о разрушающихся пригородных садах Петербурга корреспондировало с воспоминаниями и тоской представителей культуры об исчезающем усадебном «рае». В то же время в эти годы русская интеллигенция активно знакомилась с культурой садов и парков Западной Европы. Под воздействием этого комплекса впечатлений и элегических настроений в культуре рубежа веков стали складываться, а впоследствии развиваться мифологемы садов разного типа: реальных и «мыслимых», столичных и провинциальных, садов иных эпох и иных земель. Эти мифологемы сохранились в русской поэзии до начала XXI века.

В последние годы заметно усилился интерес филологии (и культурологии) к садово-парковой проблематике. Параллельно и вслед за фундаментальным трудом Д. С. Лихачева «Поэзия садов»(1982) научное осмысление «сада как текста» осуществлялось в посвященных славянским народным культурам работах В. Н. Топорова, Т. В. Цивьян, Т. А. Агапкиной. К отдельным аспектам символики сада в европейских литературах разных эпох обращались Л. И. Сазонова, Н. А. Бондарко, Н. А. Жирмунская, И. И. Свирида, Е. П. Зыкова и др. Внимание многих ученых привлекала топика природы в русской литературе XVIII-XIX веков, в том числе и сад как артефакт (в работах Ю. М. Лотмана, И. О. Шайтанова, Т. В. Саськовой, В. А. Кошелева, К. И. Шарафадиной, Э. Б. Мекша, Н. Л. Вершининой, Т. А. Алпатовой, В. А. Доманского и др.).

Современные гуманитарные науки особенно интенсивно изучают усадебную культуру. В геокультурологических исследованиях В. Г. Щукина, Е. Е. Дмитриевой и О. Н. Купцовой, П. Рузвельт раскрываются возникновение «мифа» о русской усадьбе, особенности усадебного хронотопа и словаря. Появились антологии усадебной поэзии (например, подготовленные Е. П. Зыковой, Л. И. Густовой). Возрожденное в 1992 году ОИРУ проводит научные конференции, продолжает выпуск сборников под названием «Русская усадьба» и иллюстрированных монографий: «Мир русской усадьбы» (М., 1995); «Дворянские гнезда России. История, культура, архитектура» (М., 2000); «Дворянская и купеческая сельская усадьба в России XVI – XX вв.» (М., 2001) и др.

Поскольку предмет изучения – сад/парк – по своей природе синтетичен, современные литературоведческие работы по осмыслению отражений садово-парковых ландшафтов в словесном творчестве взаимодействуют с исследованиями в этой области архитекторов, историков культуры, реставраторов, искусствоведов. Перечень ставших уже классическими книг В. Я. Курбатова, Л. Б. Лунца, Т. Б. Дубяго, А. П. Вергунова и В. А. Горохова, Т. П. Каждан в последние годы пополнился целым рядом новых искусствоведческих работ М. В. Нащокиной, Д. А. Кючарианц и А. Г. Раскина, Т. И. Володиной, Г. Ван Зюилен. С 2008 года в Интернет-пространстве существует сайт известного специалиста по междисциплинарному изучению ландшафта Б. М. Соколова «Сады и время» ( http://gardenhistory.ru ). Содержательный обзор научных трудов на тему сада проделан специалистами в области взаимоотношений садово-паркового искусства и литературы А. В. Ананьевой и А. Ю. Веселовой.2

И все же, признавая безусловную ценность сделанного в науке, приходится констатировать недостаточную степень изученности исследуемой темы, поскольку предметом осмысления в трудах ученых, как правило, были отображения сада в средневековой культуре, а также в культуре XVIII-XIX веков. Между тем, именно в ХХ столетии через символический образ сада по-новому формулировалось восприятие мира, человека, искусства и общества. При несомненном интересе многих специалистов к освоению «садово-парковой» темы поэзией ХХ века, существуют только фрагментарные исследования образа сада в творчестве отдельных авторов (работы В. Н. Альфонсова, А. В. Лаврова, В. В. Мусатова, О. А. Клинга, Н. И. Шубниковой-Гусевой, И. В. Ащеуловой и Н. А. Прокуденко, Т. А. Пахаревой и др.). В диссертации М. Б. Елисеевой (1991) осуществлено изучение семантического объема слова «сад» на примере поэзии Б. Ахмадулиной. Диссертационные работы последнего десятилетия (Л. И. Густовой, Е. В. Сахаровой, Т. М. Жапловой) посвящены, в основном, осмыслению усадебного сада в литературе XVIII-XIX веков.

В настоящем диссертационном исследовании впервые предпринимается попытка целостного и системного изучения интерпретаций образа сада в поэзии ХХ столетия, чем и обусловлена актуальность темы. Работа базируется на сочетании предметно-тематического и хронологического принципов. Поскольку многие определяющие парадигмы образа сада были сформулированы в поэзии русского символизма, то детальное рассмотрение его модификаций начинается с литературы эпохи Серебряного века и прослеживается на материале русской поэзии всего ХХ века. В связи с необъятностью художественного материала по заявленной научной проблеме в работе сделаны сознательные ограничения.

Методологическую основу исследования составляет сочетание традиционного историко-литературного подхода к осмыслению поэтики художественного произведения с методами историко-типологического и структурно-семантического анализа текста. Научная проблема диссертации обусловила обращение к смежной области гуманитарного знания – культурологии.

Цель работы – раскрыть семантическую типологию мифологемы сада в русской поэзии ХХ века и проследить ее трансформации внутри каждого типа.

Основные задачи работы заключаются в следующем:

1. Рассмотреть модификации (разновидности) «мыслимых» садов, постигаемых как идеальная сущность, в поэзии символистов и их последователей.

2. Раскрыть семантику поэтических преломлений петербургских «парадизов» как земной проекции воображаемых садов символистов.

3. Исследовать образ сада/парка как важнейшего элемента усадебной парадигмы в поэзии начала и середины ХХ века.

4. Выявить феномен восприятия садов иных земель в русской поэзии ХХ века на примере итальянских и французских садовых топосов.

5. Проследить динамику рефлексии образов сада как метафоры будущего в поэзии советского периода.

Материалом исследования являются поэтические тексты тех авторов, у которых данная тема представлена наиболее репрезентативно: И. Анненского, А. Ахматовой, К. Бальмонта, А. Белого, А. Блока, И. Бунина, И. Бродского, К. Вагинова, М. Волошина, З. Гиппиус, Н. Гумилева, С. Есенина, Н. Заболоцкого, Вяч. Иванова, Г. Иванова, Д. Кленовского, Н. Клюева, В. Комаровского, М. Кузмина, А. Кушнера, Б. Лившица, О. Мандельштама, В. Маяковского, Д. Мережковского, В. Набокова, Н. Недоброво, Н. Оцупа, Б. Пастернака, В. Рождественского, С. Соловьева, Ф. Сологуба, Н. Тихонова, Ю. Терапиано, В. Хлебникова, В. Ходасевича, М. Цветаевой, С. Черного, Эллиса и многих других.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Русская поэзия ХХ века, несмотря на глобальные социально-политические изменения и секуляризацию культурного сознания, продолжала базироваться на наследии европейской культуры, в основе своей христианской.

2. Представления о библейском прототипе сада, обогащенные европейским культурным опытом, в интерпретации символистов получили двойственную окраску, отражая, с одной стороны, их поиск идеальной любви, а с другой – стихию языческой чувственности.

3. Истолкования поэтами ХХ века реальных садов Петербурга и его пригородов отразили смену философских и эстетических представлений на протяжении столетия; одновременно поэтические тексты фиксировали отталкивание литературы от эмпирической реальности и устремление к экзистенциальной проблематике.

4. Важнейший элемент усадебного хронотопа – парк, представая в элегической, идиллической или иронической модификациях, не переставал осмысляться в поэзии ХХ века как образ утраченного Эдема.

5. Поэтическая рецепция «чужих» (европейских) садов, отражая восприятие авторами страны в целом, строилась на сопоставлении с родными топосами, и в этом невольном соревновании иноземные сады проигрывали – эмоционально и эстетически.

6. В поэзии советских лет, активно использующей образ сада в моделировании будущей реальности, идея рукотворной природы доминировала над идеей природы естественной.

7. Русская поэзия ХХ века, имплицитно опирающаяся на христианский концепт сада, к концу столетия открыто обнаружила свою имманентную связь с культурным наследием прошлого, на новом витке развития возвратившись к символистскому опыту трактовки метафизики сада.





Научная новизна исследования состоит в том, что в нем впервые

– предпринято целостное исследование образа сада в русской поэзии ХХ века как феномена культуры;

– поэтические «сады» рассмотрены в синхронии и диахронии;

– сделано обобщение разных модификаций образов «мыслимых» садов, наиболее широко представленных в творчестве символистов;

– осуществлен анализ поэтических образов таких топосов Петербурга, как Летний, Таврический и Александровский сады, а также пригородного Павловского парка;

– комплексно рассмотрены модели образа усадебного парка в поэзии русского зарубежья;

– целостно проанализировано поэтическое преломление садов Италии и Франции в творчестве представителей разных направлений и школ;

– рассмотрено многообразие моделей «идеального» сада как проекции будущего в литературе советского периода;

– на примере образа Нескучного сада осмыслены поэтические отражения садов Москвы, претерпевших типологическую трансформацию в советские годы.

Кроме того, в диссертации определено новаторство поэзии ХХ века в истолковании «садов Лицея», особенно поэтами русской эмиграции и представителями литературы конца ХХ века; внесены существенные дополнения и коррективы в осмысление сада как ведущего элемента усадебной культуры поэзией первой половины ХХ века.

Теоретическая значимость работы определяется тем, что в ней выявлено увеличение семантической емкости мифологемы сада в русской поэзии ХХ столетия; раскрывается философская насыщенность образа сада в творчестве символистов и их последователей; классификация моделей сада осуществляется на обширном поэтическом материале как высокой, так и массовой поэзии; обновляются представления о бытовании в культуре ХХ столетия категорий идиллического, элегического, иронического. Проведенное исследование реализует представление о поэзии ХХ века как внутренне целостном феномене.

Практическая значимость работы состоит в том, что результаты исследования могут быть использованы при чтении лекций по истории русской литературы ХХ века в практике вузовского преподавания, при разработке специальных курсов по русской литературе и культуре.

Апробация работы. Материалы и результаты диссертационного исследования использовались при чтении лекций по истории русской литературы ХХ века и спецкурсов в Псковском государственном педагогическом университете им. С. М. Кирова. Основные положения диссертации в виде докладов были представлены на Юбилейной конференции к 120-летию А. Ахматовой «Анна Ахматова. XXI век: творчество и судьба» (РНБ, Музей А. Ахматовой; СПб., 2009), на Международной конференции «Изображение и слово: формы экфрасиса в литературе» (ИРЛИ РАН; СПб., 2008), на Международном семинаре «Писатель в маске. Формы автопрезентации в литературе ХХ века» (ИРЛИ РАН; СПб., 2007), на Международной научной конференции, посвященной 60-летию И. Бродского (Журнал «Звезда»; СПб., 2000), на Международной научной конференции «Миры Иосифа Бродского: стратегии чтения» (РГГУ; Москва, 2004), на Международных конференциях «Печать и слово Санкт-Петербурга» (СЗИП СПГУТД, СПб., 2004, 2006, 2007, 2008, 2009), на Международных литературно-научных чтениях, посвященных 150-летию со дня рождения И. Анненского (Литературный институт им. М. Горького; Москва, 2005), на VI Международной научной конференции «Русское литературоведение на современном этапе» (МГГУ им. М. Шолохова; Москва, 2007), на III Культурологических чтениях «Мир детства в русском зарубежье» (Культурный центр «Дом-музей М. Цветаевой»; Москва, 2009), на Международных конференциях «Некалендарный ХХ век» (НГУ; В. Новгород, 2003, 2007, 2009), на ХХ Научных чтениях Гуманитарного факультета Даугавпилсского Университета (Латвия, 2010), на I Блоковских чтениях в Пскове (ПОУНБ; 2004), на V «Онегинских чтениях в Тригорском» (Пушкинский заповедник «Михайловское»; Пушкинские горы, 2007), на ежегодных научных конференциях преподавателей ПГПУ (Псков, 2006, 2007, 2008). Результаты исследования представлены в монографиях «Иосиф Бродский: метафизика сада» (Псков, 2005), «Сад в русской поэзии ХХ века: феномен культурной памяти» (Псков, 2010) и в 27 опубликованных научных статьях (общим объемом около 40 п.л.)

Структура диссертации определена целью и задачами исследования. Работа состоит из Введения, пяти глав и Заключения.

Основное содержание работы

Во Введении обозреваются история вопроса и состояние его изучения, обосновывается актуальность темы, формулируются цели и задачи, методологические принципы, научная новизна, теоретическая и практическая значимость исследования.

Глава первая «Сад как идея в поэзии символизма» состоит из трех разделов, в которых рассматриваются «мыслимые», постигаемые как идеальная сущность сады в творчестве символистов. В разделе I.1 «В поисках “неотцветающего сада”» показано, как у старших символистов «сады воображений» формировались на почве наследия классиков, поэтов «чистого искусства» и их преемников. В этом смысле показательно творчество 1880-х годов Д. Мережковского, который, включая в поэзию образ сада, одним из первых начал отказываться от прямых аналогий с реальностью. Обращаясь к романтической коллизии несовпадения мечты и действительности, используя банальную образность (например, соловей, поющий в саду при луне), поэт проецировал романтические штампы на новый конфликт – противоборство разума и чувства, созерцания и действия. Структурирующий его лирику принцип антиномии манифестировал раздвоенность сознания и души человека.

Творчество З. Гиппиус еще убедительнее показывает «прорастание» символистской эстетики из поэзии С. Надсона, А. Апухтина, К. Случевского, К. Фофанова и других последователей «чистого искусства». Начав свой творческий путь с подражания их модусу сада как места действия лирического героя, как образа природы (стихотворения 1888-1889 гг.), поэтесса уже в начале 1890-х годов стала использовать «старый» поэтический язык для выражения новых идей и настроений. Сад в лирике Гиппиус начал символизировать постижение Бога, приобщение к нему («Баллада», 1890; «Ограда», 1902; «К Ней», 1905). При этом мотив сада у нее, как и у другого поэта-декадента, Ф. Сологуба («Под звучными волнами…», 1897), часто сплетался с мотивом сна – грезы – мечты, которым передавалось томление по запредельному, непостижимому началу мира. Особенностью Гиппиус также являлось использование подчеркнуто тривиальных образов (розы, сирени, луны, соловья), шаблонных ритмов и рифм, почерпнутых из массовой поэзии, которые она иронически переосмысляла («Ответ», 1914).



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |
 

Похожие работы:










 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.