авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |

Романы л.м. леонова 1920–1990-х годов: эволюция, поэтика, структура жанра

-- [ Страница 1 ] --

На правах рукописи

ПЕТИШЕВА Виктория Анатольевна

Романы Л.М. Леонова 19201990-х годов:

эволюция, поэтика, структура жанра

Специальность 10.01.01 – русская литература

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук

Москва 2007

Диссертация выполнена на кафедре филологии и методики преподавания русского языка и литературы филологического факультета

Бирской государственной социально-педагогической академии

Официальные оппоненты: доктор филологических наук, профессор Полякова Лариса Васильевна
доктор филологических наук, профессор Небольсин Сергей Андреевич
доктор филологических наук, профессор Вахитова Тамара Михайловна
Ведущая организация: Башкирский государственный университет

Защита состоится «___» __________ 2007 года в _____ часов на заседании

диссертационного совета Д 212.154.15 при Московском педагогическом государственном университете по адресу: 119992,

Москва, ул. Малая Пироговская, д. 1, ауд. 304.

С диссертацией можно ознакомится в библиотеке МПГУ по адресу:

119992, Москва, ул. Малая Пироговская, д. 1.

Автореферат разослан «____»___________ 2007 года

Ученый секретарь

диссертационного совета __________________ В.К. Сигов

Общая характеристика работы

Леонид Максимович Леонов (1899-1994) бесспорно занял особое место среди писателей ХХ столетия. Многие современники возводили его в ранг великих: «Ваше творчество, – сказал Д. Лихачев, – во все времена было наполнено социальными и нравственно-философскими проблемами. Психологизм литературы, образов, метафоричность слога делают Вас одним из столпов мировой литературы»1.

Романы Л. Леонова представляют собой «энциклопедию русской жизни» ХХ века. В них в полной мере запечатлены противоречивые явления в истории и современности, взаимоотношения классов и сословий, политических партий и группировок; нарисованы герои и антигерои, выразившие леоновские критерии нравственности и гуманистические идеалы. «Леонида Леонова не случайно называют летописцем нашей эпохи. Единственный из классиков русской литературы советского времени, прошедший все его этапы, весь путь, он запечатлел в своем творчестве ситуации, конфликты, образы современников всех этих этапов в их характерности»2.

Л. Леонова-художника, критика и публициста нельзя верно понять, не учитывая литературно-художественный, культурный и философский контексты эпохи, в которой шло формирование личности писателя и ее последующая эволюция. Это, прежде всего, русская философская мысль конца ХIХ – начала ХХ вв. в лице ее ярких представителей – В. Соловьева, Н. Бердяева, Н. Федорова, П. Флоренского, Л. Шестова. Труды этих мыслителей сказались на леоновских сомнениях и настороженности по отношению к пореволюционному времени и прогрессу, к насильственным методам переустройства социально-экономического уклада России, косвенно отразились на скептических оценках предельного рационализма, нивелирования индивидуума и пренебрежения к его духовным интересам. С. Семенова, отмечая близость нравственных и философских позиций прозаика и его современников взглядам Н. Федорова, писала, что творчество Л. Леонова связано «<···> с традицией активно-эволюционной космической мысли, идущей от Николая Федорова и ставившей высшие цели преобразования природы человека и мира, которые выходили за рамки торжествовавшего ортодоксального социалистического идеала»3. Вместе с тем, отметил А. Павловский, не следует утверждать, «<···> будто художественно-философский мир Леонова целиком соотносится с религиозно-философс­кими координатами начала столетия. Леонов вобрал в себя многие разные достижения человеческой мысли, и перед нами еще стоит задача разобраться в этом многохарактерном богатстве»4.



Л. Леонов – автор философских романов, тяготеющих к условности; их сюжеты подчинены развитию ведущей мысли, в основании которой лежат мифологизм, символика, широкие отступления, исторические реминисценции. Художественно осмысливая бытие, романист утверждал гармоничное единство человека и природы, человека и земли, человека и космоса, фиксировал свое внимание на симптомах кризиса традиционного гуманистического сознания. Человек, по Л. Леонову, – существо общественное, жизнь и сознание которого должны одухотворяться высшими идеями и нравственным смыслом, в противном случае на пути поступательного движения человечества неизбежны препятствия и роковые преграды.

Философский роман Л. Леонова отличается глобальностью поставленных проблем, особой пространственно-временной структурой (наличием временных сдвигов, развитием действия в разных временных измерениях); в нем усилена роль идеи как сюжетообразующего фактора, на страницах произведения «живет» и активно действует герой-идеолог, которого писатель наделяет резонерской функцией, сосредотачивая внимание на его микромире и выделяя сущность индивидуума через связь с прошлым человечества, его материальной и духовной культурой.

Л. Леонов – писатель-философ новой генерации. Основа его художественного мышления – синтез литературной образности, элементов православного мировосприятия, а также мифологических мотивов и символики. Утверждая новый тип творчества, Л. Леонов писал, обращаясь к литераторам: «<···>Нам нужно искусство острых социальных проблем, больших полотен, мощных социальных столкновений, глубокой философской насыщенности»5. Аллегорическая образность и символика занимают в произведениях исключительно много места, структурируя философичность леоновских книг, их пафос и интеллектуальное богатство. Символы – это не только вехи глубоких авторских обобщений, но и важнейший компонент раскрытия образов и художественных конфликтов.

Важнейшая составляющая мышления Л. Леонова – художественное мифотворчество. Прозаик часто обращался к Библии, Ветхому Завету и Талмуду, находя в них ответы на злободневные вопросы современности. Отзываясь о значимости письменных памятников древней культуры, он сказал, в частности, по поводу Библии: «<···>Традиционно рассматривают Библию как книгу для богослужения. А это гениальный эпос древнееврейского народа. Как «Махабхарата» и «Рамаяна». Там бездна поэзии и грандиозной фантазии»6. Мифологические реминисценции Л. Леонова, соотнесенные с основными конфликтами и образами, выступают универсальным приемом создания обобщенных картин человеческой жизни. «<···>Я всегда искал, – говорил Л. Леонов, – отвечающие времени формулы мифа. В этот завещанный нам весьма объемный «сундук» влезает очень и очень многое. Суть его «поместительности» в том, что он «мыслит» блоками. Я называю: Эсфирь, Авраам, Ной – и за ними стоят целые миры; или можно думать о соответствующем в своем времени»7. Образная символика Л. Леонова, генетически связанная с христианской культурой, и мифотворчество как универсалии сознания и способ литературного обобщения, вскрывая глубинные жизненные процессы, перерабатывая и по-своему интерпретируя их, ориентируют леоновские романы на совершенные оценки, выражают отношение автора к субстанциальным вопросам бытия, способствуют постижению непознанного в эмпирической действительности.

Отмечу, что изучение структуры и эволюции жанра типологически близких романов Л. Леонова проходит в диссертации в едином пространстве романного искусства писателя с учетом научных достижений леонововедов, философских и литературоведческих суждений и обобщений по теории жанра как модели, живущей в художественном сознании писателя, и устойчивой формы поэтического мышления. В жанрах, как известно, «<···> концентрируется художественная практика в ее историческом движении, их изучение способствует исследованию литературных произведений в единстве их содержания и формы, осмыслению не только того, что изображено, но и как изображено»8. Подобный взгляд позволяет рассмотреть творчество прозаика многоаспектно и избежать прямолинейных некорректных оценок, исследовать изоморфные (сходные) по форме романы как новаторские.

Каждый из романов Л. Леонова значителен по-своему и выделяется из прозы ХХ столетия жанрово-видовой неповторимостью, содержательной и структурной оригинальностью, стилевым своеобразием. Но при видимых различиях они имеют типологически сходные качества, «сквозные линии», образуя единую художественно-философскую систему. Об этом говорил сам писатель: «Я всегда чувствую себя немного неловко с людьми, которые тратят целые месяцы и годы на изучение моих книг. Конечно, эта работа имеет большое значение, если ее не превращают в пересказ<···>Литературоведам следовало бы писать о сквозных линиях в моих книгах»9.

Новизна отражения вечных тем искусства в романном творчестве писателя проявилась в выборе Л. Леоновым фабулы и сюжетов о жизни народа и его истории, герое-идеологе и герое-антагонисте, в постановке и решении тревожных проблем эпохи, в бескомпромиссных попытках оценить их объек­тивно, с надклассовых и общечеловеческих позиций. «<···> Вся леоновская проза – это размышление о том, что произошло с сознанием людей, когда рухнули система классического гуманизма и мироздание, созданное гуманизмом этого типа. Когда человек перестал быть центром вселенной и мерой всех вещей, когда время перестало неспешно течь из прошлого через настоящее в будущее, когда не стало осознаваемой границы между жизнью и смертью, любовью и ненавистью, между добром и злом, верой и неверием»10.

Романы Л. Леонова поликонфликтные: наряду с главным столкновением – важнейшим звеном всех антиномических структурно-семантических оппозиций – в книгах есть множество других, менее значимых, реализуемых на разных уровнях текста. Так, в «Пирамиде» на характерологический конфликт отца с сыном (о. Матвей – Вадим Лоскутов) наслаиваются этический, религиозный, семейный, идеологический и др. Подобная многоплановость свойственна и другим романам, в которых социальные противоречия, взаимообусловливаясь, сочетаются с парадоксальными поступками героев и их сложным внутренним миром. Архемотив леоновской бинарной оппозиции, берущий начало в дуалистических мифах, где каждый из мифологических персонажей отнесен либо к положительному ряду как носитель добра, либо к отрицательному как воплощение зла, помог создать в произведении научные, мифологические и художественно-эстетические картины и представления, способствовал изображению бытия в неизбывной соотнесенности противоположных начал, в извечном поединке полярных сил.

Л. Леонов, говоря о преемственности в искусстве и факторах, которые в прошлом сделали Россию оплотом духовности, оказав влияние на русскую и мировую культуру, заметил: «<···>Нашему времени предшествовал великий XIX век – век русской литературы… Это были раздумья – и Пушкина, и Толстого, и Достоевского, раздумья о будущем. О человеческом счастье»11. Творческое освоение классических традиций, особенно Ф. Достоевского, по словам Л. Леонова, способствовало формированию его эстетической программы и литературно-художественной индивидуальности. Полифонизм прозы, художественный универсализм писателя, умение эстетически переосмысливать жизнь, а также особая роль различных жанровых модификаций (вставных новелл и легенд, психологических монологов и детективных историй, сказа и ретроспективных рассказов, символики и притчевости письма, внесюжетных авторских раздумий и выводов) отвечают структуре философского романного жанра Ф. Достоевского.

В центре художественного мира Л. Леонова стоит человек – творец культуры и исторического прогресса, генетически связанный с другими формами жизни и возвышающийся над природным царством. Рассуждения романиста о человеке – в ряду самых сложных и недостаточно раскрытых литературоведческой наукой, поскольку принадлежат писателю, создававшему одно из уникальных наследий в истории русской литературы ХХ века. И речь здесь следует вести не только о своеобразии поэтического видения художника-философа, но и о становлении иных ценностных отношений в обществе, новой эстетики, об утверждении таких ее качеств, как трагическое мышление и философичность письма; о наличии в произведениях ярких характеров, наделенных могучей волей и сильной страстью, способных противостоять судьбе и обстоятельствам и готовых нести ответственность за разлад в мире; о художественном решении сложных конфликтов эпохи, вечных и неустранимых, таких как несовершенные законы мироустройства, при которых высшие человеческие блага – добро, достоинство, честь, справедливость – часто извращались и терпели трагическое поражение. По этой причине общественные условия нивелировали индивидуальность многих леоновских героев, лишали их личностного «я», превращали в «винтики» государственной машины, безгласых «строителей» светлого будущего.





Обращение Л. Леонова к проблеме насилия над человеком, вне сомнения, происходило под влиянием традиций, сложившихся в философии и литературе прошлого века. «<···>Есть заметное насилие, – писал Н. Бердяев, – имеющее материальное выражение, и есть насилие незаметное. Более всего вызывает возмущение насилие заметное, физическое – людей убивают, пытают, сажают в тюрьмы, лишают свободы движения, бьют. Но еще большую роль играет насилие незаметное, психическое»12. Физическое и нравственное насилие над личностью изображено во многих произведениях начального и последующих творческих периодов прозаика, показавшего, как рушились вековые устои нравственности и сложившиеся народные обычаи, как выкорчевывалась вера в Бога, предрекая неизбежную гибель гармоничного мира.

Л. Леонов не искал «трагическое в мелочах» (Х, 29), он воссоздавал неразрешимый идейно-нравственный конфликт, развертывающийся на фоне поступков героев и сопровождающийся страданиями персонажей, на социально-классовом и онтологическом уровнях. Далеко не случайно ведущим экзистенциальным мотивом его прозы стала тема смерти. Писатель, оценивая реалии ХХ века, развитие цивилизации и противоречивую историю России, спрогнозировал в книгах эволюционный кризис разума. (Отмечу, что тревожные интонации слышны во всех леоновских романах: заметно приглушенные в прозе 20-х годов – «Барсуки», «Вор»; открыто трагические в 30-е–50-е годы – «Дорога на Океан», «Русский лес»; наконец, эсхатологические в 90-е годы). Вне сомнения, Л. Леонов на склоне лет в результате трансформации общественно-политических и философских воззрений, взглядов на мироздание отчасти потерял веру в лучшее будущее, а пройденный путь человечества осознал как эпоху трагических ошибок и катастрофических заблуждений. Не случайно, во вступлении к «Пирамиде» он писал: «Событийная, все нарастающая жуть уходящего века позволяет истолковать его как вступление к возрастному эпилогу человечества: стареют и звезды»13.

Осмысливая судьбы человека и человечества на очередном кризисном историческом рубеже, автор назвал множество причин надвигавшейся катастрофы. Самоубийственное начало, заложенное в природе человека, выступило в романах Л. Леонова как источник всеобщего разложения человека и его души, общества и природы, Земли и Космоса; как движущая сила катастрофичности бытия. Эту мысль художник неоднократно высказывал во время бесед и интервью с учеными и литературоведами, в публицистических статьях и письмах. «Последние годы триумфальное шествие человечества, – писал он, – к своим финальным звездам трагически ускоряется вследствие несметного людского множества, роковых открытий передовой науки и возраста, конечно: как бы торопимся домой!»14.

В романах Л. Леонова достаточно полно проявились такие качества художественного мышления писателя, как полифонизм, философско-концепту­альное видение человека и мира в традициях Серебряного века, интеллектуальная содержательность произведений, наличие в них богатого историко-культурного материала, различных форм условности – аллегорий, художественных символов и знаков; острое противоборство героев-антиподов, отстаивающих на фоне социальных парадоксов свои жизненные позиции, нравственные и духовные ориентиры. Л. Леонову и его эстетике, справедливо заметил А. Лысов, литература «<···>во многом обязана новым типом романа, который «конституционно» организован концепцией культурной целостности мира»15. Заключение критика можно аргументировать, обратившись к «Пирамиде» – многосюжетному роману, в котором наряду с «второстепенными» сюжетными линиями, есть главная, самая важная для автора – бытие человека и судьба цивилизации. Ей подчинены тематика книги и противоборство разных мировоззрений, совокупность связанных между собой характеров и событий, проблем и идей; единство мифологического, религиозно-исто­рического и философского материала; исповедальность слова в духе вероисповедания в русской культуре XIX-XX веков; частая смена изобразительных приемов и принципов – от реалистических до условно-символических; синтаксический строй и система языковых категорий книги; стилевая оригинальность, обеспечивающая монолитность всех художественных элементов, их типологическую целостность и устремленность к единому эстетическому центру. Сплав философичности и редкой пластичной изобразительности достигается в «Пирамиде» с помощью точного и строгого леоновского слова. М. Лобанов заметил по этому поводу: «Поразительны плотность, «фактурность» прозы, филигранная отделка каждой фразы, образующие в совокупности то почти материально ощутимое вещество – слово, которое и составляет его тайну. Здесь можно действительно только сказать, что Бог щедро дает по благодати Своей, даже если это пишется «по Еноху»16.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
 

Похожие работы:










 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.