авторефераты диссертаций БЕСПЛАТНАЯ РОССИЙСКАЯ БИБЛИОТЕКА - WWW.DISLIB.RU

АВТОРЕФЕРАТЫ, ДИССЕРТАЦИИ, МОНОГРАФИИ, НАУЧНЫЕ СТАТЬИ, КНИГИ

 
<< ГЛАВНАЯ
АГРОИНЖЕНЕРИЯ
АСТРОНОМИЯ
БЕЗОПАСНОСТЬ
БИОЛОГИЯ
ЗЕМЛЯ
ИНФОРМАТИКА
ИСКУССТВОВЕДЕНИЕ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРОЛОГИЯ
МАШИНОСТРОЕНИЕ
МЕДИЦИНА
МЕТАЛЛУРГИЯ
МЕХАНИКА
ПЕДАГОГИКА
ПОЛИТИКА
ПРИБОРОСТРОЕНИЕ
ПРОДОВОЛЬСТВИЕ
ПСИХОЛОГИЯ
РАДИОТЕХНИКА
СЕЛЬСКОЕ ХОЗЯЙСТВО
СОЦИОЛОГИЯ
СТРОИТЕЛЬСТВО
ТЕХНИЧЕСКИЕ НАУКИ
ТРАНСПОРТ
ФАРМАЦЕВТИКА
ФИЗИКА
ФИЗИОЛОГИЯ
ФИЛОЛОГИЯ
ФИЛОСОФИЯ
ХИМИЯ
ЭКОНОМИКА
ЭЛЕКТРОТЕХНИКА
ЭНЕРГЕТИКА
ЮРИСПРУДЕНЦИЯ
ЯЗЫКОЗНАНИЕ
РАЗНОЕ
КОНТАКТЫ

Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |

Русская элегия неканонического периода: типология, история, поэтика

-- [ Страница 1 ] --


На правах рукописи







КОЗЛОВ ВЛАДИМИР ИВАНОВИЧ



РУССКАЯ ЭЛЕГИЯ НЕКАНОНИЧЕСКОГО ПЕРИОДА:

типология, история, поэтика


Специальность 10.01.01 Русская литература.





Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук
















Москва 2013


Работа выполнена на кафедре отечественной литературы Федерального государственного автономного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Южный федеральный университет» (ЮФУ)


Научный консультант: доктор филологических наук,
профессор Игорь Олегович Шайтанов
Официальные оппоненты: Татьяна Викторовна Саськова —
доктор филологических наук, профессор кафедры истории мировой литературы Государственной классической академии им. Маймонида Зырянов Олег Васильевич — доктор филологических наук, профессор, заведующий кафедрой русской литературы Уральского федерального университета им. первого Президента России Б. Н. Ельцина Сергей Вениаминович Сапожков — доктор филологических наук, профессор кафедры русской литературы Московского педагогического государственного университета
Ведущая организация: ФГБОУ ВПО «Тверской государственный университет»

Защита состоится «12» сентября 2013 года в 15:30 на заседании диссертационного совета Д 212.198.04, созданного на базе РГГУ, по адресу: 125993, ГСП-3, Москва, Миусская пл., д. 6.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке РГГУ по адресу: 125993, ГСП-3, Москва, Миусская пл., д. 6.

Автореферат разослан «___» июня 2013 года

Ученый секретарь
диссертационного совета С.С. Бойко

Общая характеристика работы

Элегия считается жанром, который достаточно популярен у исследователей, и это мнение справедливо — можно назвать десятки в разной мере точных статей (среди их авторов — И. Л. Альми, В. А. Грехнев, К. Н. Григорьян, Л. Флейшман и др.) и несколько монографий, посвящённых русской элегии последних двух веков (прежде всего, работы А. А. Боровской, В. Э. Вацуро, С. Р. Охотниковой, С. Сендеровича, Л. Г. Фризмана). Но достаточно задаться вопросом о том, какой была эволюция элегии в последние двести лет, как становится ясно, насколько отрывочными сведениями мы пока обладаем. «Что являет собой элегия как таковая и в чём её надэпохальная уникальность, сказать невозможно в принципе», — это цитата из самого массового учебника теории литературы, написанного по-русски в постсоветский период1. Здесь же по поводу статьи об элегии в «Краткой литературной энциклопедии» В.Е.Хализев замечает, что единственно корректным является определение элегии «вообще» как «жанра лирической поэзии». В этой реплике можно увидеть символический результат многовекового исследования жанра. Другой крупный исследователь в статье для литературной энциклопедии утверждает: «…со второй половины 19 и в 20 в. слово „элегия“ употребляется лишь как заглавие циклов (А. А. Фет) и отдельных стихотворений некоторых поэтов (А. А. Ахматова, Д. С. Самойлов)»2. «Сейчас элегия не существует как литературный факт», — подытоживает свежий «Поэтический словарь»3. В сумме эти тезисы предлагают, скорее, закончить разговор о выбранном жанре, нежели намечают новые перспективы исследования. И любой, кто намерится обратиться к русской элегии, будет поставлен перед необходимостью неблагодарно подвергать сомнению или опровергать суждения предшественников. Между тем, именно по причине формирования привычки не видеть элегию в поэзии последних двух веков, не понимать её язык, отечественному литературоведению и критике нужна научная работа, которая бы показала, что элегия — живой жанр. Такая работа проведена, например, на материале английской и немецкой литератур4 или на материале некоторых других жанров5. Безусловно, элегия изучалась и в России, но в основном речь идет об исследованиях некоторых разновидностей элегии, элегического творчества отдельных авторов, историко-литературных отрезков. Попыток связать в единую картину последние двести лет развития отечественной элегии не предпринималось. Самой масштабным по охваченному историческому периоду исследованием — от Сумарокова до Некрасова — до сих пор остается первая монография об элегии Л.Г. Фризмана, вышедшая в 1973 году6.

Под названием «неканонической эпохи» в исследовании понимается период русской поэзии, начавшийся на сломе XVIII-XIX веков. В этот период, на который пришлась «смена типов художественного сознания»7 и большие социально-политические сдвиги, «свойственная предшествующему типу художественного сознания стилистическая и жанровая аргументация заместилась видением историческим и индивидуальным. Центральным “персонажем” литературного процесса стало не произведение, подчиненное заданному канону, а его создатель, центральной категорией поэтики не стиль или жанр, а автор»8. Когда за литературным произведением была увидена личность автора, само произведение стало пониматься как выражающее внутренний мир своего творца. Именно в этот период появляется проблема жанра — жанровое мышление признается отмирающим. Эта мысль была одной из ключевых для отечественных исследователей лирики вплоть до недавнего времени9. Но за последнее десятилетие в России был написан ряд работ, авторы которых согласны в главном: жанр — это базовая категория для литературы любых историко-литературных периодов, а жанровая теория должна стать основным ракурсом взгляда на литературу вообще. Так, за указанный период вышли чрезвычайно важные теоретические работы В. М. Головко10, О. В. Зырянова11, Н. Л. Лейдермана12, И. П. Смирнова13, В. И. Тюпы14, а также научных коллективов РГГУ, МГУ, ИМЛИ и ЮФУ, подготовивших ряд сборников, в основу которых положена проблема жанра15. Интерес к жанру вернулся. Жанр действительно в неканоническую эпоху перестал функционировать в качестве литературной нормы, но как особый способ «художественного завершения» (М.Бахтин) он не исчезал16.

Суть отношений между литературным произведением и жанром в неканоническую эпоху изменилась — в нормативной поэтике жанр был категорией предзаданной, в неканоническую эпоху стал категорией, находимой в творческом процессе. Еще в XVIII веке «автор создавал, а читатель воспринимал в первую очередь не произведение, а элегию, новеллу или роман. Но в эпоху художественной модальности, автор пишет произведение, а мы читаем автора. Жанровая же локализация художественного создания становится теперь для автора не исходной точкой, а итогом творческого акта»17. Теперь, ставя точку, автор в некотором смысле определяет свое место в литературной традиции.

Постсоветская современность в этом смысле — часть неканонической эпохи, которая началась со зрелого периода творчества Пушкина. То есть нет принципиальной разницы, проводим ли мы жанровый анализ стихотворения Е. Баратынского или произведения Т. Кибирова — общим знаменателем является сама ситуация неканонизма, при которой у пишущего под рукой сразу весь опыт мировой литературы и творческая задача — выразить целое бесконечного мира, развернутого перед ним18.

Актуальность предлагаемого исследования обусловлена несколькими взаимосвязанными проблемами историко-литературного и теоретического характера. С одной стороны, отечественное литературоведение не имеет типологии и истории элегии последних двух веков. С другой — нельзя не признать, что причины этого историко-литературного пробела — во многом теоретические. Первая из них — недостаточное понимание того, на каких уровнях произведения раскрывается жанр, а отсюда — отсутствие общепринятого подхода к жанровому анализу. Вторая проблема — недостаточный учет при проведении жанрового анализа специфических особенностей функционирования жанра в неканоническую эпоху — последние два века.

Объект исследования — русская элегия XIX-XX веков. При этом существует традиционное представление об объеме этого понятия — оно зафиксировано изданными антологиями и исследованиями жанра. Данная работа во многом направлена на то, чтобы изменить это представление посредством выбора определенного рода предмета исследования. Таким предметом в этой работе выступают жанровые модели, сложившиеся в русской элегии XIX-XX веков. Описание всего круга жанровых моделей позволит сделать представление об объекте более полным.

К моменту появления в русской поэзии Пушкина элегия была одним из самых разработанных и самых разнообразных поэтических жанров — он остаётся таковым и сегодня. Но, назвав лирическое произведение элегией, мы мало что о нем узнаём — как раз ввиду разнообразия жанровых вариантов. Так, «кладбищенская элегия» совсем не похожа на аналитическую элегию, элегия на смерть — на «осеннюю». Вне понимания разнообразия жанра его невозможно опознать — а он, тем не менее, дает многочисленные художественные примеры. Элегический пласт русской поэзии последних двух веков ещё предстоит оценить, но, думается, его масштаб близок к трети корпуса русской лирики. Как бы то ни было, последние два века жанровый потенциал элегии использовался очень активно. Разработаны десятки устойчивых жанровых моделей19. А ведь однажды открытая модель вводится в арсенал поэзии уже на все времена.

Цель этой работы — раскрыв жанровый арсенал русской элегии последних двух веков, показать, что, вопреки сложившемуся в науке мнению, этот жанр жив и разнообразен. Указанная цель раскрывается в задачах исследования:

— установить круг жанровых разновидностей русской элегии XIX-XX веков, ранее зафиксированных в литературоведении;

— дать наименования и описать жанровые разновидности русской элегии, ранее не выступавшие предметом исследований;

— продемонстрировать, что термин «элегия» обретает реальное содержание только при описании конкретных историко-литературных жанровых разновидностей данного жанра;

— показать, что только методика жанрового анализа, работающая с художественным миром лирического произведения и учитывающая особенности функционирования жанра в неканоническую эпоху, позволяет описывать жанровые модели;

— показать, что для каждой из описываемых жанровых моделей русской элегии неканонического периода характерен особым образом устроенный художественный мир;

— показать, что у каждой жанровой разновидности русской элегии собственное место в литературном процессе, особый генезис и своя логика историко-литературного развития;

— прочертить основные сюжеты жанровой эволюции русской элегии последних двух столетий. Это тем более важно, поскольку типология часто ассоциируется с описанием статичных явлений — жанр к таковым отнести не представляется возможным;

— показать, что жанровые модели русской элегии не исчезают, а продолжают использоваться и современной поэзией;

— на примере русской элегии продемонстрировать, что жанровое мышление характерно для неканонической эпохи в целом, что открывает новые перспективы его изучения.

Данные задачи нуждаются в уточнении их иерархии. Хотя в работе ставятся типологические и историко-литературные задачи, однако на практике оказывается необходимым выбирать — акцентировать внимание на наличии определенной жанровой модели в традиции и ее особенных чертах или максимально детально показать историко-литературный сюжет, в который оказалась вовлечена эта модель в определенный период. При всём уважении к исторической фактуре, которой в работе достаточно много, приоритетной всё же оставались типологические задачи — показать, что траекторий развития русской элегии в неканонический период было, как минимум, несколько, и что каждая из описываемых моделей жанра представляет собой относительно самостоятельное явление. Ключевым рабочим вопросом этого исследования является вопрос о том, какой была элегия взятого периода. Этот вопрос — простой, но базовый: без ответа на него трудно приблизиться к постановке других, более тонких и сложных вопросов. На данном этапе более важно очертить само многообразие жанровых моделей русской элегии неканонического периода и показать особенности внутреннего устройства каждой из обнаруженных 14 моделей. Конечно, при таком типологической и историко-литературной широте, включающей два века русской поэзии, некоторые считающиеся традиционными историко-литературные задачи отошли на задний план. Так, очевидно, что каждая из жанровых моделей, многие из анализируемых текстов, творчество отдельных поэтов, конкретные историко-литературные периоды требуют монографических исследований в аспекте жанрового мышления. В рамках этой работы ключевые сюжеты для таких исследований были лишь намечены, высокая степень обобщения порой требовала обозначать траекторию историко-литературного развития тот или иной жанровой модели пунктиром — иначе цель этой работы не могла быть достигнута.





Такие приоритеты подкрепляются и аргументами более философского характера. Можно убедительно обосновать, почему «кладбищенская элегия» умерла ещё в десятых годах XIX века, но чем лучше мы это сделаем, тем труднее нам будет объяснить, почему мы находим типичные образцы жанра, например, у советского поэта Б. Слуцкого и нашего современника Б. Рыжего. Можно заявить, что, по логике литературного процесса, историческая элегия лишь подготавливала появление романтической поэмы — но как объяснить то, что жанр продолжил своё развитие дальше, и его следы обнаруживаются в творчестве О.Мандельштама, А.Ахматовой, Е.Рейна? Таких примеров, показывающих, что «хоронить» жанровую форму стоит очень осторожно, можно привести достаточно. По большому счёту, они наводят на мысль о том, что жанровая эволюция — процесс нелинейный, что возрождение той или иной жанровой модели может начаться в любой момент. А значит задача формирования убедительного представления о «жанровой клавиатуре» элегии на данном этапе выходит на первый план.

Приобщение к жанровым традициям авторами осуществляется далеко не всегда сознательно. Ряд примеров показывает, что именно там, где поэт считает нужным отослать к жанровой традиции, он либо ошибается, либо играет с читателем, нарочно предлагая ему под именем знакомого жанра то, чего тот менее всего ожидает. Это ещё один довод в пользу приоритета системности в описании единичного жанра — важно показать, насколько многообразным он может быть.

Степень научной разработанности темы можно назвать значительной. Одним из наиболее ранних исследований, посвященных жанру, оказалась работа Г.А. Гуковского о русской элегии XVIII века20. Л.Г. Фризман написал первую монографическую работу о русской элегии неканонического периода — в ней размечено пространство для будущих изысканий, собран значительный историко-литературный материал21. Нельзя не выделить монографию С.Я. Сендеровича, посвященную пушкинскому «Воспоминанию», — написанная в ней глава о жанре на тот момент серьезно усложняла представление об элегии вообще22. В целом, главное, что написано об элегии в России, относится к пушкинской эпохе — здесь нужно назвать работы И. Л. Альми23, С. Н. Бройтмана24, В. Э. Вацуро, М. Л. Гаспарова25, Г.А. Гуковского26, Л.Я. Гинзбург, В. А. Грехнева, К. Н. Григорьяна27, О. В. Зырянова28, Л. Флейшмана29 и др. С. Р. Охотникова в малоизвестной работе, посвященной элегии 1940-х годов, впервые попыталась ввести представление о различных моделях элегии на материале поэзии XX века30. И хотя аргументация исследователя явно находится на стыке психологии и филологии, из-за чего конкретные наблюдения автора порой трудно взять на вооружение литературоведу, сам принцип подхода к предмету, позволяющий значительно усложнить представление о жанре, нельзя не признать продуктивным.

Большинство работ по элегии, прежде всего, ценны пристальным рассмотрением жанра в связи с творчеством определенных авторов или достаточно коротких историко-литературных периодов. Наибольшие пробелы сегодня в изучении траекторий развития элегии «после А. С. Пушкина», причем они нарастают по мере удаления от первой трети XIX века. А начиная с эпохи Серебряного века, работ о судьбе классических жанров почти не найти — исследователей больше интересуют образы и мотивы, а не характер художественных высказываний, в которые те складываются. Пока, если попытаться взглянуть на русскую элегию неканонической эпохи, можно увидеть очень фрагментарную картину. Между тем, очевидно, необходимы обобщения нашего знания о жанре элегии, применимые не только к творчеству одного автора, тому или иному десятилетию, но и к большой историко-литературной эпохе.

В сфере изучения элегии существующие на месте ожидаемых обобщений лакуны сегодня восполняют только предпринимаемые в рамках ряда работ попытки объединять под общим типологическим определением элегии стихотворения совершенно разного рода. При этом само богатство художественного материала предопределяет вывод о том, что чисто типологический подход к проблеме недостаточен. К таким типологическим работам нужно отнести, например, пионерское исследование Л.Г. Фризмана31 — и нужно заметить, что до недавнего времени этот способ обобщения знания об элегии разных периодов развития русской поэзии оставался единственным. В отдельных случаях разнообразие материала заставляет исследователей вводить тематический принцип классификации элегий32. Напрашивается необходимость предложить альтернативный подход к изучению жанра — подход, позволяющий описывать жанровые модели, имевшие место в определенный историко-литературный период. В этой работе предложена альтернатива в виде понимания жанра, учитывающего особенности функционирования данной категории в неканонический период. Если строить методику жанрового анализа на таком понимании, то мы увидим элегию, воплощенной в конкретные, характерные для этого жанра формы художественного мира лирического произведения, имеющие собственный подчас уникальный генезис и собственную логику эволюции.



Pages:   || 2 | 3 | 4 | 5 |   ...   | 7 |
 

Похожие работы:







 
© 2013 www.dislib.ru - «Авторефераты диссертаций - бесплатно»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.